Книга Темный полдень, страница 54 – Весела Костадинова

А он просто-напросто хотел щелкнуть меня по носу.

Что ж, у него получилось.

Я встала, заварила крутой кофе и выпила почти залпом.

Нет, Айна, нет! — мысленно уговаривала себя, отрезвляя каждое чувство, которое вспыхивало, едва я начинала думать о Дмитрии. Этот мужчина никогда не будет твоим — он вообще не способен стать чьим-то. Вся его суть кричала об этом. Он был как дикий зверь, который бродит сам по себе, не привязываясь ни к кому, не позволяя никому приручить его. И я слишком хорошо это понимала.

Слишком хорошо помнила его глаза и его голос при виде Натальи. Да, именно на неё были направлены его истинные чувства, как бы мне не хотелось думать иначе. Я видела, как в её присутствии его холодные, отстранённые черты смягчались, как в его голосе появлялись оттенки, которых я не слышала прежде. Он мог быть каменным снаружи, мог скрывать свои эмоции лучше всех, но его глаза и голос не врали. Это она трогала в нём что-то настоящее, что-то, чего не было в его отношениях со мной.

Я, возможно, была для него забавой, временной отдушиной в череде его дел и забот. Может, для него мои попытки сопротивляться его натиску были чем-то вроде вызова, возможностью показать свою власть, своё умение играть с эмоциями. Его забота, его покровительство, его ответственность за меня тоже вызывали в нем отклик. Но Наталья… Она была тем, кого он действительно хотел, кто занимал его мысли всерьёз.

Часть меня кричала от этой мысли, хотела рвать и метать, но другая часть… Та, которая знала и понимала, что я никогда не играла и не хотела играть в романтические игры, должна была отпустить. Мне было нужно напомнить себе, что я сбежала сюда не для того, чтобы снова оказаться под чьим-то контролем. Не для того, чтобы утонуть в очередных эмоциональных играх или в чужих желаниях.

Часы пробили три часа дня — мой рабочий день был закончен, а я все еще смотрела на кипу бумаг, не в силах справиться с собственными эмоциями и желаниями. Одно знала точно — я слишком люблю и уважаю себя, чтобы стать кому-то заменителем или игрушкой. Пусть Дима сам разбирается с Натальей и не втягивает меня в их ролевые игрища!

Собрав себя можно сказать по кусочкам, я отправилась домой, перед этим решив заглянуть в магазин. Как бы не неприятна была мне его хозяйка, я дала ей деньги и надеялась, что заказанные мной вещи будут доставлены, ведь прошло почти шесть дней.

В лавке все было ровно так, как и шесть дней назад. Вообще в этом селе мало что менялось, оно напоминало муху в янтаре — застывшее во времени место.

Наталья на мой визит отреагировала чуть более эмоционально, чем в прошлый раз, даже выдавила что-то напоминающее приветствие.

— Привет, — ответила я. — Я хотела спросить…. Про вещи.

— Вот, держи, — она извлекла из-под прилавка большую коробку, набитую так необходимыми в хозяйстве мелочевками. — Ты это…. Извини….

Я удивленно приподняла бровь.

— Я погорячилась с суммой, — нехотя призналась она. — Тебе сдачу отдать или продуктами возьмешь?

Я слегка опешила от такого поворота событий. Наталья, извинившаяся и предложившая вернуть деньги — это было что-то новое. Я всмотрелась в её лицо, пытаясь понять, что за этим кроется. Взгляд у неё был по-прежнему напряжённый, но не такой враждебный, как в прошлый раз.