Книга Паутина, страница 55 – Весела Костадинова

— Нет… конечно, нет… — Лена замялась, и я почти видела, как она виновато кусает губу, пытаясь подобрать нужные слова. — Лиана, я… я просто не знаю, что можно сделать.

Она замолчала, а потом вдруг робко добавила:

— Можно я приеду? Привезу продукты… Если ты злишься на Дашку — я приеду одна…

Я застыла. Она поняла. Впервые за всё время проявила чудеса интуиции и догадалась, что видеть Дашу сейчас — выше моих сил.

Странное дело, но осознание этого сделало мой гнев чуть слабее, яд внутри будто бы растворился, оставив после себя пустоту.

— Не надо, Лен, — закрыла глаза, прижимаясь лбом к холодному стеклу окна. — Мне правда сейчас плохо. Сплю в основном. — Я ей почти не врала — просто не говорила всей правды.

— Когда…. Когда сможешь, пожалуйста, скажи мне, и я приеду…. Одна, с вкусняшками. Лиана, я люблю тебя… честно.

— Знаю, — и я действительно знала. Знала, что это правда. Но больше не было «нас» — той троицы, что когда-то казалась нерушимой. Теперь каждая говорила сама за себя. И Дарья больше не вписывалась в мои отношения с Леной.

Это было больно. Но эта боль уже не была первой в очереди. Она затихла где-то глубже, вытесненная чем-то более серьёзным, более тяжелым.

— Я позвоню, Лен, — пообещала я.

Думаю, когда пойму, что делать дальше, так и будет.

— Хорошо, Лиан, — в её голосе было столько тепла, что на секунду мне захотелось поверить, что всё ещё может быть по-старому. — Люблю тебя.

Закрыла глаза, подавляя слезы, выравнивая дыхание, как учили Наталья и Макс, и вернулась мыслями к Центру.

Максимилиан приехал снова довольно поздно, после девяти — усталый и голодный. Как и прошлым вечером Наталья накрыла нам в отцовском кабинете, где Владимиров отдал мне договор на лечение мамы.

Я пробежала глазами бумаги, машинально отмечая формальности: условия, обязательства, подписи. Остановилась на финансовой смете и подняла глаза на Макса. Тот с нескрываемым удовольствием жевал приготовленные матерью маленькие пирожки.

— Всё устраивает? — спросил он негромко, устало потерев висок.

— С условиями всё понятно, — тихо заметила я, не сводя с него взгляда. — У меня вопрос по цене, Максимилиан.

Он приподнял бровь, но ничего не сказал, ожидая продолжения.

— Вы… вы серьёзно снизили цену для моей мамы, — мой голос был ровным, но внутри зашевелилось смутное беспокойство.

Максимилиан отложил вилку, откинулся на спинку стула и пристально посмотрел на меня, словно оценивая, как я отреагирую на его ответ.

— Да, — коротко ответил он и усмехнулся. — значит залезла в интернет…. — он не спрашивал — констатировал факт.

— Хотела понять куда сдаю маму, — я сжала зубы, глядя в синие глаза.

— Понравилось? — спросил он, и в его голосе слышалась лёгкая насмешка.

Я не сразу ответила. Вопрос прозвучал одновременно просто и с подвохом, а от его глаз снова пробежали веселые морщинки.

— По картинкам — красиво, — ответила осторожно. — Но вы не ответили на мой вопрос.

Максимилиан едва заметно качнул головой, затем поправил ремешок часов, на мгновение бросив беглый взгляд на циферблат, будто проверяя, есть ли у него время на этот разговор.

— Лиана, — наконец вздохнул он, с таким видом, словно говорил с непослушным ребёнком, — знаешь… если я сейчас начну тебе давать объяснения, мы оба увязнем.