Книга Надежный тыл, страница 74 – Весела Костадинова

— Аня, — продолжила она, смягчив тон, но её взгляд остался твёрдым, — тебе нужно перестать себя жалеть. И перестать жалеть его. Я права, Боря? — она повернулась к сыну, который только что вернулся от друзей и зашел в кухню.

— Ты всегда права, великолепная Анжелика, — ответил он, поцеловав меня в макушку. — Привет мам, Лик…

— Боря… Лика предлагает…. Она говорит, что возможно…. посадить твоего отца, — я все еще не могла поверить, что на моей кухне обсуждается что-то настолько…. опасное. Боря замер на мгновение, его взгляд стал серьёзным.

— Посадить? — переспросил он, опираясь на спинку стула.

— Да, — твёрдо подтвердила Лика, скрестив руки на груди. — Если копнуть глубже, найти махинации — это не только возможно, но и вполне вероятно.

Боря нахмурился, его лицо на мгновение стало непроницаемым.

— Мама, — наконец произнёс он, глядя мне прямо в глаза. — А ты сама этого хочешь?

— Нет… не знаю…. — выдохнула я, чувствуя себя некомфортно.

— А если вскроется факт хищения денег? — тихо спросил у меня сын, глядя прямо в глаза. — Если вскроется, что все это время он обкрадывал нас, мам? Что тогда?

Моя голова кружилась от этих вопросов. Я не знала, как ответить, потому что всё, что он говорил, было слишком правдиво.

— Знаешь, мама, — тихо продолжил Боря, — мне ведь запретили входить на территорию компании, не смотря на то, что у меня есть твоя доверенность.

Я замерла, как будто он вдруг ударил меня этим признанием.

— Что? — прошептала я, чувствуя, как кровь отливает от лица.

— Да, — кивнул он, скрестив руки на груди, словно пытаясь защититься от собственного разочарования. — Я попытался сегодня зайти в офис, чтобы разобраться в отчётах. На охране меня просто остановили и сказали, что приказ был отдан напрямую от отца. Первый рабочий день после праздников, и его первый приказ — запретить нам доступ.

Лика громко фыркнула, но промолчала, давая мне самой осмыслить услышанное.

— И что ты сделал? — спросила я, чувствуя, как внутри медленно нарастает гнев.

— Развернулся и ушёл, — ответил он, пожимая плечами. — А что я мог сделать? Поднимать скандал перед посторонними? Это только ухудшило бы твоё положение.

Я опустила голову, чувствуя, как руки начинают дрожать от напряжения.

— Это не просто запрет, мама, — тихо добавил он. — Это попытка закрыть нас от компании. От того, что там происходит.

— Ань, — наконец вмешалась Лика, её голос звучал резко, как удар хлыста, — ты ещё думаешь, стоит ли копать дальше? Или уже понимаешь, что выбора у тебя нет? Борька отлично справится с управлением, не смотри, что молодой, — она повернулась к моему сыну, в её глазах читалась гордость и восхищение.

Боря отвёл взгляд, но его напряжённая осанка говорила, что он слышал каждое её слово.

— Не ты выбрала вести войну, Ань, — продолжила Лика, её голос был почти хриплым от подавленной ярости. — А твой муж со своей шлюхой. Так может, пора их обоих выбросить в утиль? Не пора ли тебе стать полной хозяйкой всего этого, а?

Я рисовала, рисовала и рисовала, словно у меня открылось второе дыхание. Каждый штрих, каждый новый набросок, каждый рисунок словно несли меня вперед. Я начала эту коллекцию несколько месяцев назад, она была моя, личная, но сейчас я работала, забывая о сне и отдыхе — точно подгоняемая чем-то невидимым.