Книга Надежный тыл, страница 150 – Весела Костадинова

В его голосе звучала уверенность, от которой стало чуть легче. Я видела, что он готов на всё, чтобы исправить произошедшее, и это заставило меня крепче сжать его руку.

— Спасибо….

— Лин…. То, что ты для меня сделала…. Я люблю тебя, — он снова обнял, погладил по волосам, — люблю. Но не стану давить. Нельзя поймать ветер, нельзя закрыть его в клетку. Как и тебя. Захочешь уйти — отпущу, компенсировав все, что ты потеряла. Захочешь остаться, но только как сотрудник компании — слова больше не скажу о чувствах. А если….

Он замолчал, будто давая мне время переварить его слова, но я уже знала, что хочу ответить. Его искренность пробивала любые стены, которые я когда-либо пыталась воздвигнуть между нами.

— Если… — шепнула, чувствуя, как ускоряется пульс. — Но мне нужно время…

— Лин…. я дам сколько нужно… Лин, моя Лин…

Он произнес мое имя так тихо, будто боялся спугнуть. В этом звучало больше чувств, чем в тысяче сказанных слов.

АЛИНА

Весна медленно, но неуклонно вступала в свои права, наполняя воздух особой свежестью и ароматами, которые бывают только в это время года — когда снег окончательно сходит, обнажая землю, а из её тёплых недр робко пробивается первая зелень.

Зоя чуть натянула поводья, её взгляд задержался на мне. Её глаза блестели от весеннего солнца, на черных волосах играли золотистые блики.

Я же, привстав на стременах, дотянулась до ветки вербы, усыпанной пушистыми почками, и с улыбкой скользнула пальцами по её бархатной поверхности.

— Ну что, Лин, так и не надумала? — хитро протянула подруга, чуть склонив голову набок. — Дани всё ещё не может тебя в ЗАГС затащить?

Я усмехнулась, пожав плечами.

— А зачем мне это? — ответила спокойно. — Любовь и уважение ведь не в бумажках, не в штампах.

Зоя прищурилась, хмыкнув.

— И что он на это говорит?

Я усмехнулась чуть шире, погладила своего коня по шее, чувствуя тепло под ладонью.

— Злится. Ругается. Говорит, что у нас всё «не как у людей».

Зоя тихо рассмеялась, а я перевела взгляд на открывшуюся вдали весеннюю долину.

— Я люблю его, Зоя, — сказала я тихо, подъехав ближе к подруге. — Хотя, честно говоря, это ни черта не просто. Характер у моего Дани не сахар, ни разу. Но я его люблю. И он это знает. К тому же… — я задумалась, глядя в сторону горизонта, — я не хочу, чтобы он думал, будто я выхожу за него из-за денег или его компании.

Зоя усмехнулась, чуть наклонив голову.

— Тем более, — протянула она с лукавой улыбкой, — десять процентов всё равно уже у тебя.

Я не сдержалась и рассмеялась.

— Я не просила, — призналась я, — но и отказываться не стала.

Зоя засмеялась вслед за мной, а я снова погладила Дейва по шее, вспомнив всё, что за этим стояло.

— Даниил в чём-то прав, — продолжила я после небольшой паузы. — Ради него я отдала Дейва — самое дорогое, что у меня было. А он, в свою очередь, отдал мне часть того, что дорого ему, пусть даже эти десять процентов ни на что особо не влияют. Ему так было легче.

— Хоть Дейва и вернул, — добавила Зоя, хитро глянув на меня.

— Вернул, — кивнула я, улыбаясь. — Но я понимаю, почему он так сделал. Ему важно было показать, что он меня любит. Что готов ради меня на то, что не делал ни для кого.

— А что Анна? — тихо спросила Зоя, её тон стал серьёзнее.

Я пожала плечами, не останавливаясь.