Книга Вопрос цены, страница 8 – Весела Костадинова

— Пошла вон отсюда, — зло бросил Королев. — Уволена!

— Да не вопрос, — я спокойно поднялась, собирая принесенные документы. — С учетом того, что я не успела даже разложить свои вещи, собираться мне придется не долго. На мое место придет опять зашуганная вами девочка Диана, или девочка Лера или еще кто-то из отдела кадров. А завтра или послезавтра они все хором, устав от вас, напишут заявления на увольнение, парализовав тем самым работу всей компании на пару недель.

Я заметила, как его взгляд на мгновение затвердел, но он молчал.

— Так мне уходить, Олег Анатольевич, или вы спокойно объясните какой кофе любите, я его вам приготовлю, и мы приступим к работе?

Королёв продолжал смотреть на меня, как пёс, готовый к атаке, его глаза были полны гнева. Но я не боялась. Я знала, что нужна ему не меньше, чем он мне. За всей этой яростью в его тёмных глазах я также видела мощный интеллект. Он понимал, что я права.

— Кофе с молоком и сахаром? Или без? — поторопила я его.

— Капучино будет достаточно, — он сел снова, погружаясь в чтение принесенных бумаг.

Я молча вышла из кабинета, забрав чашку и вернулась, сварив кофе так, как он велел.

Снова села перед ним.

— До одиннадцати отменишь все встречи, мне нужно поработать с документами, раскидай людей по окнам, закажи столик в ресторане Тайм на 12.00. Закрытый столик, — добавил он. — В 13.00 собери внеплановую планерку, — указания сыпались как из рога изобилия, но не было ничего среди них с чем я бы не могла справиться. Молча записывала его указания, не боясь задать уточняющие вопросы, если таковые имелись. Пол часа протекли незаметно, в более-менее спокойном рабочем режиме.

— Ко мне сейчас никого не пускать, и вызови Горинова на 10.00.

— Хорошо, — бесстрастно отозвалась я, поднимаясь. — Что-то еще?

— Свободна.

Да уж. Продешевила я с зарплатой. Сильно продешевила.

Горинов словно бы ждал звонка и поднялся в приемную очень быстро.

— Ну что? — шёпотом спросил меня.

— Сейчас будет жаловаться, — печатая приглашения на совещания, сообщила я, не поднимая глаз от компьютера. — Возможно, потребует моего увольнения, — поставив точку, посмотрела на зама. — Кофе будете?

— Не отравишь?

— Если только генерала. Вам какой, сразу предупреждайте?

— Любой, Оливия. И сахару, чтобы ложка стояла.

— Смотрите, сами напросились, — улыбнулась я, поднимаясь.

В принципе, освоившись с автоматом, кофе я варила уже не глядя. Занимало меня другое — справлюсь ли я с задачей, которую мне поставили? Никогда еще у меня в практике не было ничего более сложного.

— Он тебя уже ненавидит, — вышел из кабинета Горинов. — И он тебя утверждает на должность секретаря. Не знаю, что ты сделала, но это личный рекорд — вызверить Королева за первый час работы, но при этом этой самой работы не лишится.

— Тоже мне новость, — пробормотала я, попивая свой кофе. — Он ненавидит всех. Такое мировоззрения, я с этим ничего поделать не могу.

— Оливия, — Горинов наклонился ко мне, — он сложный, очень сложный человек. Но ему… нам… ты нужна.

— Манипулируете мной, Владимир Васильевич? — подняла я голову. — Сейчас играете доброго полицейского?

Он на мгновение задержал взгляд на мне, затем вздохнул и откинулся назад, усмехнувшись.

— Может, и так, — признался он, но в его глазах мелькнула искренность. — Но поверь, Оливия, в этой ситуации мы все зависим друг от друга. И если ты продержишься здесь, это будет победа для нас всех.