Книга Вопрос цены, страница 11 – Весела Костадинова

К сожалению, до конца недели я так пока и не поняла, каким образом можно расшевелить монстра для работы над собственным имиджем. Его вид каждый раз приводил меня в полное отчаяние. Дорогие костюмы и аксессуары ничуть не затмевали того кошмара, что приходилось видеть его партнерам, подчиненным и собеседникам. Да и манеры не отличались мягкостью и спокойствием. Признаю, в финансах он мог быть сколько угодно гением, но характер его был настоящим говном.

Несколько раз мне уже приходилось наливать успокоительное участникам совещаний с ним. Ему было всё равно, кто перед ним — пол, возраст или положение подчинённых не имели значения. Он с одинаковым успехом мог отчитать и молодую практикантку, и одного из своих заместителей. Только высокая зарплата, щедрые бонусы и кропотливая работа Володи удерживали компанию от саботажа.

Но были и положительные моменты. Коллектив явно положительно оценил моё присутствие и моё спокойствие. Я стала своего рода барометром настроения Королёва, предостерегая коллег, стоит ли заходить к нему с вопросом или лучше подождать. Я могла забрать у дрожащих сотрудников бумаги на подпись и занести их сама, понимала, когда лучше развернуть человека и отправить его подальше от «дракона».

Всё это немного сглаживало напряжённую атмосферу, царившую в приёмной генерального директора. Я успокаивала женщин, подсказывала мужчинам, как лучше вести себя, и старалась поддерживать хоть какой-то порядок в этом хаосе.

На меня вообще мало действовали вспышки гнева начальника, в ответ на его колкие замечания я в лучшем случае поднимала бровь (моя коронная фишка), а в худшем просто не реагировала, оставаясь невозмутимой и ледяной.

В пятницу вечером в приемную заглянул нервный начальник отдела маркетинга и пиара. Я как раз чуть расслабилась, попивая кофе с шоколадом, который в приемной не переводился — взятку шоколадом несли теперь все: от охраны до замов.

— Константин Валерьевич, — улыбнулась я ему. — Вы у нас с чем?

— Вот, — он положил передо мной папку с документами. — Ненавижу эту часть работы…. — его действительно подбрасывало.

Я открыла папку и улыбнулась: в ней лежали все пригласительные на мероприятия.

— Ух ты… да тут просто шикарный выбор….

— Вот за этот выбор этой же папкой он меня и убьет, — тоскливо отозвался начальник отдела. — Не отдать не могу, но все как всегда. Его бесит сам вид этой папки.

— Оставляйте здесь, Константин Валерьевич, я сама занесу, — вздохнула я, понимая, что опять придётся разряжать ситуацию. — И со следующей недели скажите канцелярии, чтобы все приглашения направляли сразу в приёмную. Сама решу этот вопрос.

— Оливия Германовна, — выдохнул Латыпов. — Он вас уволит.

— Посмотрим, — пожала плечами, доедая кусочек печенья.

Латыпов выдохнул, но папку положил на стол. Помялся, прежде чем выйти.

— Оливия Германовна….

— Да, что-то еще?

— По уму вы должны быть на моем месте…. Я знаю….

Еще бы ты меня не знал — сразу бы уволила за профнепригодность.

— Но я не на вашем месте. И еще долго не окажусь, — ответила сухо, давая понять, что этот разговор меня напрягает.

— Я только хотел сказать… нам повезло, что вы теперь с нами, — он выглядел искренним. — Могу я иногда….

— Можете, — мой голос стал еще суше.

— Спасибо, — выдохнул он, просиял, как помытая сковородка и скрылся из приемной.