Книга Вопрос цены, страница 131 – Весела Костадинова

— Надеюсь, ты парой пёрышек пожертвовал?

— Обижаешь, Олив. Их расхватали сразу же.

— Ты моя умница, Костя.

Он театрально поклонился и поцеловал мне руку.

— Болван, — ласково и шутливо я шлепнула его по затылку. — На тебя тут кошечка покрупнее нацелилась, дружок.

Костя мгновенно выпрямился, поднимая бровь в притворном удивлении.

— О, правда? И кто же это, если не секрет? — его голос был полон наигранной скромности, но глаза сверкали азартом.

— Клара, — ответила я, сдерживая улыбку. — Она только что спрашивала твой номер. Мне кажется, ты произвёл на неё впечатление.

— Ой, — засуетился он, — вот это новости….

— Не суетись, Костя, — мягко улыбнулась я. — Просто будь собой, ты ведь и так знаешь, как произвести впечатление.

Костя поправил галстук, явно стараясь собраться с мыслями.

— Легко тебе говорить, — фыркнул он, взглянув на меня с притворным укором. — Клара — не тот человек, перед которым можно расслабиться. Она всегда знает, чего хочет, и это… немного пугает.

— Именно поэтому ты ей и интересен, — заметила я, вглядываясь в его немного растерянное лицо. — Ты лёгкий и уверенный, а она ценит это. Просто не играй на её поле, у неё всё равно в руках все карты. И не дай ей себя сожрать. И язык сильно не распускай. И…. Костя, принеси ты ей поесть, она слегка выпила сегодня.

Костя нервно рассмеялся, но, услышав мой совет, быстро взял себя в руки.

— Принести поесть? — переспросил он, поднимая бровь. — Ну ладно, Олив, если это входной билет к разговору с Кларой, я готов рискнуть.

— Стоять, придурок, куда моих креветок потащил? Я так-то тоже женщина и тоже голодна. Найди себе новых!

Костя замер на месте, сжал тарелку с креветками покрепче и с виноватой усмешкой повернулся ко мне.

— Прости, Олив, — с притворной драматичностью произнёс он, — в своём желании завоевать Клару я совсем забыл о потребностях великой дамы.

Я ухмыльнулась и притянула тарелку обратно к себе.

— Вот так-то лучше, — подмигнула я, беря креветку. — И запомни, в первую очередь — накормить начальницу, а уж потом устраивать свои игры с хищницами. Иди уже, Казанова!

Глядя на то, как Костя подходит к Кларе и легко, почти играючи включается в ее разговор, ее игру, я невольно улыбнулась. Пусть хоть на время они оба побудут счастливыми.

Шум с противоположного конца зала быстро привлёк моё внимание. Гул голосов, которые только что были размеренными и вежливыми, перешёл в напряжённое оживление. Я прищурилась, пытаясь рассмотреть, что именно происходит. Сквозь толпу мелькали знакомые лица, но один силуэт выделялся — Марк, который что-то говорил резко и нервно. На его красивом лице читалось выражение откровенного презрения и брезгливости, он выглядел как человек, окончательно потерявший терпение. Голос Марины был резким, почти что переходящим в визг, она вся кипела от ярости.

— Ты ведёшь себя, как… как… — её голос дрожал от эмоций, но Марк лишь презрительно усмехнулся.

— Как кто, Марина? — он вскинул голову и в этот момент наши взгляды пересеклись.

Марк замер, и на мгновение его выражение изменилось. Презрение и злость на миг уступили место чему-то иному — удивлению? Виноватости? Тоске? Но этот момент прошёл, как только Марина ударила его в грудь. Он резко схватил ее за руку.

— Сволочь! — крикнула она, и я поняла, что женщина мертвецки пьяна. Пьяна, не как Клара, болью и силой, а пьяна алкоголем. Пьяна, не смотря на свою беременность.