Книга Вопрос цены, страница 127 – Весела Костадинова

Не то чтобы я чувствовала себя марионеткой, но осознание того, что все нити находятся у него в руках, напоминало о том, насколько искусен он в своём контроле. Он не просто строил планы, он управлял ими, корректировал по мере необходимости, следя, чтобы каждая деталь оставалась на своём месте. А я… я была важной частью этой игры, но всё же частью.

Иногда это беспокоило меня — не видеть полной картины, не знать, что скрывается за его решениями. Но, глядя на Олега, я понимала: он не сделал бы ничего, что могло бы разрушить то, что мы выстраиваем вместе. А пока мне приходилось играть по его правилам, даже если я не знала их всех.

Премия «Перо», в начале 90-х основанная как награда за смелость и приверженность журналистским ценностям, за двадцать лет превратилась в довольно рутинное мероприятие. Однако, оно позволяло оставаться в центре внимания журналистской элиты и поддерживать важные связи между представителями медиа, бизнеса и власти. Несмотря на то, что премия со временем утратила свою первоначальную остроту и значимость, она всё ещё оставалась престижной площадкой для обмена мнениями и завоевания внимания влиятельных фигур.

Прием и торжественные награждения стали более формальными, но всё ещё предлагали возможность для участников обсудить актуальные проблемы, найти союзников или продвигать свои интересы. Журналисты, издатели, владельцы СМИ — все они собирались здесь, чтобы укрепить связи, наладить новые контакты и обсудить последние события.

Или чтобы указать некоторым на их место. В такие моменты журналистская тусовка превращалась в арену, где борьба за влияние и контроль была не менее ожесточенной, чем на политическом поле. Здесь каждый взгляд, каждая фраза, сказанная в кулуарах, могла определить будущее сотрудничество или стать началом чьего-то падения.

Костя галантно протянул мне бокал с шампанским и подал руку, увлекая в глубь зала. Шел гордо, словно я была его личным трофеем.

— Костя, — едва улыбнувшись, одернула я его.

— Олив, ну давай признаем, мне нечасто выпадает возможность покрасоваться рядом с тобой…. Ловлю момент. Посмотри на эту красоту — салаги мне завидуют.

— Смотри в оба, Костя. Стань моими глазами и ушами.

— Тогда твои глаза и уши тебе сообщают, что в зал только что вошли Марк Покровский и его жена.

— Чудесно, — я отпила шампанское, мило улыбаясь встречным журналистам, — нас с тобой это должно волновать меньше всего. Просто продолжаем улыбаться.

Вечер ничем не отличался от сотен ровно таких же вечеров, которые я посещала ранее. Костя, чуть подуспокоившись и поняв, что я не собираюсь его контролировать, тут же погрузился в свою среду, в которой был как рыба в воде. Улыбки, рукопожатия, намеки, фальшивые комплементы, целование воздуха у ушей, колкие замечания — все как всегда.

«Агора» выходила на финишную прямую по заключении сделки о слиянии, поэтому нас с Костей сразу окружили журналисты деловых изданий, стремясь выведать хоть что-нибудь.

Машинально рассмеявшись не самой смешной шутке одного из журналистов РБК, я заметила помахавшую мне с противоположного края зала Клару.

— О, моя несбывшаяся любовь, — тоскливо заметил Костя, когда мы плавно подошли к коллеге.

— Пройдись, Костя, выдохни, — попросила я его, — принеси нам креветок, что ли….