Книга Пепел. Гори оно все..., страница 133 – Весела Костадинова

Альбина даже не знала, что сказать. Не ее это было дело, совсем не ее.

— Мне все-таки жаль… - начала она, понимая, что за бравадой Инны кроется едва заметное сожаление.

— А мне, представь себе, нет, - повела та обнаженным плечиком. - Ярослав решение принял, и до меня три дня назад довел. В Испании у меня теперь и своя квартира есть.

— Но почему? – не выдержала все-таки девушка – любопытство взяло верх.

— Значит, - загадочно улыбнулась Инна, - были причины. И, возможно, даже серьезные. Прости, дорогая, мне он их не озвучил. А мои догадки – это только мои догадки. Но развлечься напоследок я просто обязана. Покуражиться! Так что будь подругой, подыграй, а? Ну давай хоть немного развлечемся?

— Оооо, - внезапно Альбине стало по-настоящему весело. – Это я тебе могу обещать. Ты не будешь разочарована. Куража всем хватит.

Инна внимательно посмотрела на собеседницу, и вдруг понимающе кивнула.

— Иди…. Спасай свою идиотку от смерти, - подтолкнула Альбину по направлению к одному из коттеджей. – И проживем этот день под лозунгом: хлеба и зрелищ!

Шагая по вымощенной гравием тропинке, петляющей между высокими соснами, чьи кроны отбрасывали длинные тени в утреннем свете, Альбина вдруг поймала себя на мысли, что с огромной радостью сбежала бы отсюда. Прошла бы весь комплекс насквозь, подошла к маленькой калитке с задней части высокого забора, огораживающего территорию от посторонних, открыла бы ее и шагнула в лес. На маленькую проселочную дорогу, которой пользовался персонал для доставки всего необходимого в это царство элитной роскоши. Позвонила бы Димке, и села ждать его старую машину возле реки, большой и серой, катившей свои воды через всю область, от которой сейчас поднимался утренний туман, прорезаемый лишь лучами восходящего солнца и пением птиц.

Соблазн сбежать был настолько велик, что она едва не прошла мимо коттеджа невесты. И даже остановившись, собравшись с мыслями не сразу вошла, а с тоской бросила взгляд на тропинку, теряющуюся в тумане, но ведущую к свободе.

Прикрыла глаза, глубоко вдохнув свежий, пропитанный лесными ароматами воздух и зашла туда, где царило напряженное веселье, неестественное возбуждение и часто лживый смех.

В гостиной её мгновенно окутала предсвадебная суета, бурлящая, как шампанское в бокале. Запахи сборов ударили в нос: горьковатый аромат свежесваренного кофе смешивался с резкими нотами лака для волос, сладковатой косметикой и химическим шлейфом средств для укладки. От густой смеси женских духов — цветочных, цитрусовых, с тяжёлыми мускусными аккордами — у Альбины на мгновение закружилась голова. Просторная комната с панорамными окнами, заливавшими пространство мягким утренним светом, была завалена атрибутами хаоса: на диванах и креслах валялись атласные ленты, шпильки, коробки от туфель, а на столе громоздились палетки теней, кисти и флаконы с духами. Пол усыпали блёстки, мерцавшие в лучах солнца, как крошечные звёзды.

Подружки Эльки, все в одинаково розовых платьях, различающихся только по размерам и моделям, суетились, как пчёлы в улье. Одна, стоя у зеркала, завивала волосы плойкой, шипя от ожога, когда горячая прядь коснулась пальцев. Другая, сидя на подоконнике, листала телефон, громко комментируя фото в соцсетях: «О боже, это платье на ней — просто кошмар!» Третья, с бокалом шампанского в руке, пыталась танцевать под попсовую мелодию, льющуюся из портативной колонки, но споткнулась о разбросанные туфли и едва не опрокинула поднос с фруктами. Смех, визги и обрывки разговоров — о макияже, сплетнях и «идеальных» ракурсах для фото — сливались в гул, от которого звенело в ушах. В углу сидела визажистка, устало поправляя очки и пытаясь угодить очередной подружке. Парикмахер, с заколками в зубах, закреплял локоны на голове другой девушки.