Онлайн книга «Пепел. Гори оно все...»
|
— Да… — Альбина вскочила, но каблуки предательски подогнулись, и она пошатнулась, вцепившись в край стола, чтобы не упасть. — Прошу прощения… Мне… я… Боль ударила, как молния, простреливая позвоночник от шеи до копчика, отдаваясь в ноги и разрывая низ живота острым, рвущим спазмом. Она задохнулась, её лёгкие сжались, но невероятным усилием воли она подавила крик, застрявший в горле. Взгляды всех в зале — Ирины, Илоны, Ярослава, Артура, замов и начальников отделов — сосредоточились на ней. — Простите… — выдохнула она и, не оглядываясь, не дожидаясь пока Ярослав дойдет до нее, вылетела из зала, шаги гулко отдавались в коридоре. Она бежала, почти не видя пути, пока не ворвалась в пустую офисную уборную. С размаху ввалившись в одну из кабинок, Альбина захлопнула дверь, задвинув засов дрожащими пальцами. Она согнулась пополам над унитазом, и её вывернуло — скудный завтрак, проглоченный через силу, вырвался наружу вместе с горькой желчью. А потом её ноги подкосились, и она сползла по холодной кафельной стене, чувствуя, как что-то внутри неё оборвалось. Тёплая, стремительная струйка крови хлынула между ног, напоминая месячные, но гораздо сильнее, гораздо страшнее. Живот и поясницу сковало судорогой, болью, которая была одновременно острой и глухой, как удар молота. Слёзы покатились по её щекам, горячие и непрошеные. Она не всхлипывала, не кричала — просто сидела, прижавшись спиной к стене, и чувствовала, как её трясет от холода. Даже без опыта, без единого слова подтверждения, она знала, что произошло. 34 — Аля! Альбина! Открой сейчас же! – голос Ирины Александровны, испуганный и нервный ворвался в сознание девушки. Она все еще сидела , позволяя крови стекать в канализацию, дрожа всем телом, озноб только усиливался, а рубашка почти полностью промокла от пота. — Все в порядке, - слабо выдавила она, стараясь справиться с головокружением. – Женские дни… я вчера перегрелась…. — Ты сейчас мне врать будешь? – рыкнула Ирина прямо в двери. -Ты меня совсем за идиотку держишь? И рвота по утрам тоже, видимо, от перегрева, да? И белая как мел ты последние недели из-за этого? Открывай сейчас же, тебе скорая нужна! — Нет, - тяжело ответила Альбина. – Не смейте! — Аля…. Мать твою, ты сдохнуть решила? Открывай! Или я прикажу выломать дверь! Альбина тяжело встала и сдвинула задвижку. — Ебаааать… — прошипела Ирина, застыв в проёме. Её взгляд метнулся вниз: на плитке — бурые капли крови, будто отпечатки трагедии. А сама Альбина — белая, как мел, губы посинели, волосы прилипли к щекам. Ирина прижала руку ко рту, едва не вскрикнув. Закусила тонкие, холёные пальцы, как будто пыталась унять собственную панику. — Уже всё… — тихо, почти машинально прошептала Альбина, оседая обратно на холодный пол. Она вжалась в себя, сгорбившись, обе руки сжали живот, как щит. — Просто… сильные месячные… — Кто-нибудь… знал? — Ирина опустилась на корточки, голос стал еле слышным. — Артур? — Нет. И не должен знать, — глаза Альбины не моргали, смотрели в одну точку. Лицо было как высеченное из мрамора: идеально бледное, без единой тени жизни. — Какой срок?.. — Три… может, четыре недели… — губы едва шевелились. Она старалась не двигаться — любое движение отзывалось болью. — Такой… маленький срок… — Ирина обхватила себя за плечи, будто самой стало холодно. — Ты дрожишь вся… |