Онлайн книга «Сокол»
|
— Не знаю, любите ли, — затрещала она, как только строгая Галина покинула кухню, — но наши девчонки — обожают. Да и Вадим Евгеньевич не отказывается. Говорит, что так сырники готовила только его бабушка — она с Украины. Я сегодня специально побольше приготовила. Лия втянула аппетитные запахи — настроение улучшалось просто в геометрической прогрессии. — Лариса, вы гений кухни, — от всей души призналась она, поглощая первый сырник. — Мне мама тоже их всегда готовила… — А ваша мама сейчас где? — Лариса заалела от смущения и радости. — В Москве, — Лия отпила кофе, — живет на два города из-за меня. В Волгограде и Москве. — Она, наверное, переживает за вас? Ходят слухи, что вы в горячих точках работали? — Ни фига себе у вас информационные потоки поставлены, — присвистнула Лия, но без злости. — Да, семь лет по миру моталась. Афганистан, Пакистан, Центральная Африка, Сирия…. Там, знаете ли, таких сырников не дают на завтрак, — перевал все в шутку, хотя у самой глаза слегка потемнели от воспоминаний. — Теперь понятно, почему Артем Макарович вас к девочкам приставил… — сама себе сделала выводы Лариса. Лия улыбнулась и неопределенно пожала плечами, понятия не имея, какую легенду появления ее в этом доме выдал Волков. Впрочем, если он так и сказал — это идеально легло на правду. Женщина, привыкшая работать с детьми и женщинами, могла стать идеальной компаньонкой девочкам. В машине ее уже ждал один из тех неразговорчивых молодых людей, с которыми она уже имела честь познакомиться в дождливом лесу Подмосковья. Пока они ехали, он не проронил ни слова, оставаясь скорее каменным изваянием, чем человеком. На внимание Лия и не претендовала. Когда машина свернула к больнице, она поняла, что её представления были слишком скромными. Ожидала увидеть небольшое здание в пару этажей — частную клинику по типу тех, что прячутся в тихих дворах и живут за счёт постоянных пациентов. Вместо этого перед ней открылась широкая территория, обнесённая невысоким металлическим забором и ухоженными кустами. Комплекс состоял из трёх корпусов, расположенных буквой «П». Между ними тянулись аккуратные дорожки, выложенные серой плиткой, а пара молодых деревьев была подвязана к колышкам после недавней посадки. Первый корпус был стеклянным почти наполовину — современный, с отражающими окнами, где виднелись силуэты врачей в белых халатах. Второй корпус выглядел более практичным и функциональным: широкие двери, по которым было ясно, что сюда привозят пациентов на носилках, и навес, под которым уже стояла одна скорая. Третий блок напоминал реабилитационный центр: одно— и двухэтажные части, невысокие окна, небольшие скамейки вдоль фасада и зелёная территория, явно рассчитанная на прогулки. Несмотря на масштаб, в комплексе царила удивительная тишина. Не было характерного больничного гомона, неторопливой сутолоки родственников или запаха антисептиков, от которого обычно першит в горле. Здесь всё выглядело чисто, дорого и будто слегка отгорожено от окружающего мира. Машина остановилась не у центрального входа, а со стороны двора, однако у дверей их уже ожидала молодая женщина в строгом темно-синем костюме. Блондинка лет 24–25, ухоженная, с породистым, изящным лицом и большими голубыми глазами. — Диана Андреевна, — водитель расплылся в приветливой улыбке. |