Книга Сокол, страница 131 – Весела Костадинова

И снова обрыв ниточки.

— Кавказ значит….

— Могло быть только совпадение, — пробурчал Громов.

— Или нет…. — качнула головой Лия. — Традиция женского обрезания на Кавказе и до сих пор существует. Маргаритка говорила, они были в квартире не одни, были еще две женщины. Плюс туда приходила одна женщина с девочкой…. Которой…. — она поморщилась, — сделали это…. Значит — квартира не просто снятая, а именно, что постоянная. Там они пробыли два дня, оттуда выехали в сторону Нижнего, потом сели на поезд до Кисловодска. Напоминаю, Кисловодск — это Кавказ. Вадим, дело перестало быть томным и только нашим с тобой. Если нити ведут на Кавказ — этим должны заниматься федералы. Мы можем иметь дело с религиозной сектой, но меня пугает то, что девочкам внушали идеи и использовали термины, которые часто используют джихадисты. Это не просто кучка ебанутых баб, Вадим. Это может быть куда серьезнее. Я не думаю, что у тебя хватит влияния иметь дело с диаспорами. А без их помощи найти эту…. Операционную, бля…. — она скрипнула зубами, — невозможно.

Громов молча стучал ручкой по столу. Его лоб прорезали глубокие морщины, но посмотрев на женщину внимательно, он согласно кивнул.

— Артем….

— Я понял, — кивнул Волков. — Организую.

Он поднялся, вздыхая.

— Артем? — позвала его Лия.

— Что?

— А что там следователь говорит?

— Какой?

Женщина приподняла одну бровь в изумлении.

— Тот, который это дело ведет. Он, помниться, еще меня посадить хотел….

— А…. — потянул Артем, — понял. Да в отпуске он, Лийка. Вернется через пару недель, может и навестит тебя. Но это не точно.

— Моя полиция меня бережет… — вздохнула Лия, — сначала посадит — потом стережет.

Плескалась в воде Адриана, Маргарита, глядя на сестру, сидела на бортике, болтая ногами. Она по-прежнему говорила мало, и по ночам еще просыпалась, иногда с криками, могла задуматься во время разговора, но уже не замыкалась в себе как раньше. Температура спала, горло прошло, и вместе с этими простыми, телесными симптомами уходило и постоянное напряжение девочки.

Лия с удовольствием вытянулась на мягком лежаке в домашних шортах и майке, в пол глаза приглядывая за девчонками, позволяя себе немного отдыха. Но после, снова открыла телефон, рассматривая отправленный Муратовой снимок с последним словом Гаджиевой.

— Лия, — лениво протянул голос над самым ухом, — ты скоро свой телефон добьёшь окончательно.

Она даже не вздрогнула — привыкла. Только чуть повернула голову. Вадим уже устроился на соседнем лежаке, ещё в рубашке и брюках, явно только что с работы: пиджак перекинут через руку, галстук чуть ослаблен.

— Что ты там нового надеешься найти? — спросил он, щурясь на экран в её руках.

— Не знаю, — Лия устало вздохнула, не убирая телефон. — Озарение свыше. Теперь хотя бы понятно, что это точно арабский. Но, чёрт… — она раздражённо увеличила фото, пытаясь разглядеть завитки букв, — даже врачи свои рецепты понятнее пишут.

— Вот сейчас было обидно, — фыркнул Вадим, устраиваясь удобнее. — Может, она арабский врач?

— Закончивший университет Хамаса… Господи, бред какой! — Лия раздражённо выдохнула, откидывая голову на спинку лежака. — Вадим, мы топчемся на месте. И Свен молчит, как партизан.

— От того, что ты гипнотизируешь свой телефон, он быстрее не позвонит, — спокойно заметил Громов. — Лия, расслабься…