Онлайн книга «Ее мятежник»
|
Нейт неподвижно смотрел в потолок пустым взглядом. Я не осознавал, что задержал дыхание, пока его взгляд не встретился с моим. Засунув здоровую руку в карман, я подошёл к кровати. С момента спасения Нейт был необычайно покорным. Сначала это тревожило, но когда МРТ показало норму, врачи объяснили: его эмоциональная отстранённость — прямое следствие физических, эмоциональных и психических пыток за годы плена. Он справлялся, отключаясь. Как брат, так и брат, — подумал я. Мне настоятельно рекомендовали изучить тему травмы, чтобы помочь ему в следующем году. Казалось, вселенная насильно пихала мне в глотку эмоции, ставя в ситуации, где нельзя было избежать вопросов психического здоровья. Сначала София, теперь Нейт. Обоим нужно было больше, чем я мог дать. До сих пор. Там, в больнице, я пообещал себе стать тем, кем должен был быть. Тем, кого отталкивал годами. Я сосредоточусь на собственном росте — без показухи, учась распознавать, принимать, изучать и понимать свои эмоции и эмоции других. Я начал с того, что пригласил дежурного психолога на кофе, пока Нейт проходил обследования. То, что планировалось как короткий разговор, вылилось в три отдельных часовых сессии. Доктор Дэниелс — так её звали — подробно рассказала о ПТСР, на который я раньше закатывал глаза, считая его выдумкой, чтобы выкачивать деньги из ветеранов. Теперь я слушал с открытым сердцем. Из разговора я узнал, что Нейт, скорее всего, будет испытывать противоречивые чувства: вину за выживание, возможно, даже сочувствие к «Чёрной ячейке», постоянную тревогу, пока его организм приспосабливается к жизни без режима «бей или беги». Затем мы поговорили о Софии и о том, как может проявляться её травма. Во время этого разговора мне казалось, что сердце вырывают из груди и разрывают на части. Я поклялся быть для неё безопасным местом, её опорой, плечом, на котором можно выплакаться, пока смерть не разлучит нас. Так у меня появилась цель. Я был готов. Я смогу. Я буду тем, кто им нужен. «Как ты?» — спросил я Нейта, всё ещё не веря, что смотрю на брата. Младшего брата, с которым я рос, смеялся, плакал, дрался, которого защищал и подставлял за него спину. Того, кому доверял и кого любил всем сердцем. «Готов, чтобы эти капельницы сняли», — проворчал он. Прежний я бы тут же выдернул их. Вместо этого я сказал: «Знаю. Дай ему ещё немного времени. Твоему организму нужны витамины. Скоро уедем отсюда». «Мама умерла, да?» Я моргнула от резкой смены темы. Он спрашивал о маме во время полёта в Нью-Йорк. Я сделала вид, что не расслышала, и сменила тему. Собравшись, я быстро вдохнула. «Да». «Как?» «Сердечная недостаточность». «Ты был рядом?» «Нет». Он отвернулся. Слёзы навернулись на глаза, и я не могла их сдержать. Я отвернулась и быстро вытерла их тыльной стороной ладони. Когда я повернулась, Нейт смотрел на меня. «Я подвёл её, — сказал я. — Как и тебя. К чёрту всё это». Я сжал его руку, поддаваясь внутреннему смятению. «Прости, брат. Мне так жаль. Я…» «Джастин, прекрати. Ты буквально спас мне жизнь. Это противоположность тому, чтобы подвести». Я не мог смотреть ему в глаза. Сжимая мою руку, он продолжал. Его рука в моей казалась невероятно хрупкой. «Знаешь, там были люди, которых то брали в плен, то отпускали. Однажды там была женщина. Постарше. Её взяли в отместку за непослушание сына — его убили. Когда она умерла, я помню, как почувствовал облегчение, что она освободилась от всего этого. Понимаешь?» |