Книга От любви до пепла, страница 92 – Анель Ромазова

— Да, Айза, с радостью воспользуюсь твоим лежаком, надеюсь, что он на кухне под батареей, — разомлев в теплом помещении и ощутив навалившуюся в момент усталость, серьезно рассматриваю такой вариант. Даже пререкаться не стану, если Северов сочтет таким образом наказать. Снимаю верхнюю одежду и прохожу дальше, не спрашивая на то разрешения.

Квартира однокомнатная, совсем небольшая и в ней практически нет мебели. Упакованное в полиэтилен фортепиано. Стеклянный стол и надувной матрас под черным покрывалом. Больше ничего, не считая коробки с фотографиями и спортивной сумки с вещами.

— Гони сто баксов, я угадала про матрас, — не в силах удержаться от колкости, слишком быстро оборачиваюсь и врезаюсь носом в голую мужскую грудь.

Запоздало соображаю, что сама же его раздела, но рассмотреть, так и не удалось. Вот теперь, не сдерживаю восхищенный свист, разглядывая живой холст.

Противоречивая богиня Шива с насмешкой, высунув длинный язык и обнажив острые клыки, украшает большую часть пресса. Готический орнамент коронует ее и уходит вверх до самой шеи.

Плечи и руки покрыты татуировками лиц. Такое впечатление, что книга судеб расписана на его теле. Символы на локтях. Все это вкупе с горой ладных и великолепно сформированных мышц вызывает во мне визуальный оргазм. На него как на пламя, можно смотреть вечно и любоваться.

— Лажовая ставка, Белоснежка, я угадал про беспонтового старикашку, что тебя содержит, у нас ничья, — сарказм из губ, изогнутых в наглой ухмылке, чуть притупляет удовольствие от созерцания. Кривлю у себя на лице что-то идентичное. Абсолютно по-детски огрызаюсь кривляньем. Круто, Карина. Ты молодец. Глупое сердце екает. замирает… срывается в ритуальный танец абсолютного бесконтроля за ребрами.

— Можно мне в душ, а все остальное потом, — выдвигаю с видом полной беспристрастности к его внешности.

— Иди, принесу чистые полотенца, — как-то слишком легко соглашается.

Оборачиваюсь ему в спину и впечатываюсь взглядом в черные дыры глазниц веселого Рождера. С минуту таращусь на цепи вокруг жутковатого черепа и его демонический оскал. Надо отдать тату — мастеру должное, работа выполнена идеально и реалистично пугающе. Без резких переходов, рисунки в гармонии между собой.

— Налюбовалась, — иронично поддевает, когда я уже художественной сутью оцениваю картину и пытаюсь понять ее смысл.

Будто мне это поможет — проникнуть в Тимура глубже. Понять его мысли. Понять, чего стоит опасаться именно мне.

Шивы с ее потенциалом созидания и разрушения в одном флаконе сомнительной религии. Либо демона — пирата безрассудного, склонного к экстриму и шагающего по головам, ради достижения своей цели.

Не удостоив оппонента репликой, ухожу в указанную комнату.

Ванна по моим меркам микроскопическая. Стеклянная перегородка, отгородившая кафельный поддон, сужает пространство практически вдвое.

Сдираю испорченное платье и колготки, все это можно просто выкинуть. Но раздробленный мозг упускает раздумья — в чем и как поеду домой.

Что делать дальше? Что предпринять? Как выпутаться из паутины лжи и вытянуть из нее Ваньку. Совсем ничего не соображаю.

Такое состояние, словно течением смыло. Неуправляемым. Как в реке между гор, с порогами и водоворотами. Только одной опасности избежал, неминуемо натыкаешься на следующую. Самое страшное, я не представляю каково очутиться в спокойном равновесии. Так долго пребываю в эмоциональном напряжении, что совсем забыла, когда последний раз была расслаблена.