Книга От любви до пепла, страница 84 – Анель Ромазова

Пульс шандарахает в виски да так, что вызывает гул в ушах. Его висок рассечен, и тонкая полоска алой крови стекает вниз по щеке, заползая под ворот свитера. Белый трикотаж уже прилично пропитался, побагровев, смешавшись с кислородом.

Сколько мы пробыли без сознания? Он же не…

Мысли разрознено гуляют по голове и их очень сложно собрать. Лицо Тимура, спрятав под веками остроту льда его глаз, выглядит безмятежным и расслабленным, если можно так выразиться.

— Тим, пожалуйста… очнись… Ну, пожалуйста, Север, — выдаю нетипичное дрожание в связках и начинаю гладить его по лицу. Повторяю несколько раз.

— Север. Север… — съедаю окончание всхлипами.

— Если ты сейчас не откроешь глаза, я тебя лично прибью. Слышишь!! — цежу сквозь зубы и на последнем срываюсь в отчаянный визг. Звук выходит надрывным и резким, что сама перетряхиваюсь.

Дергать сильней опасаюсь, вдруг, у него перелом, и сделаю только хуже. Просто, как заведенная, не перестаю пытаться добиться, хоть какого движения с его стороны.

Дрогнув, уголок губы Тимура, тянется вверх. Этот гад умудряется, не открывая глаз, иронично усмехаться.

Вскипаю. Если мое сердце не разлетелось на ошметки от пережитого стресса, то готово совершить самосожжение прямо сейчас, так оно переполняется злостью. Жгучей.

Весело. Его блядь! Все это веселит.

— Сдохнуть — это привилегия, и я ее, видимо, не заслужил, — произносит, вперившись в меня своими льдинами. Не успеваю спрятать испуг под маску, безразличной ядовитости. Тимур, пристально отсканировав, конечно же, замечает тревогу, — Я не убиваем, Каринка, тебе не повезло, — насмехается и вызывает новую волну противоборства.

Будто в трансе наблюдаю за ним, хотя, мысленно уже бегу, куда глаза глядят. Не могу сказать, что со мной творится, когда смотрю на него. Когда он смотрит на меня. Невольно ловлю мимолетное движение его языка в тот момент, как он обводит им губы.

Северов пользуется секундным замешательством, чуть качнувшись, затягивает мой выдох, возвращая свой через краткий поцелуй. Воздух вырывается с легким шипением, бьется о его скулу и, отразившись, опадает мне на лицо особым ароматом Тимура.

Анализировать — это сейчас не про меня. Все эмоции раскручиваются на сплошном адреналине. Эта убойная смесь присуща только ситуации — кого — то растерзать, и я даже знаю кого. Того, кто втянул меня на темную сторону, и никак не хочет отпускать. Вцепился, как маньяк в свою жертву, только до сих пор не пойму, чего именно хочет.

— Псих, блядь! — отпихиваю его от себя и отстегиваю ненавистный ремень, до боли сжавший грудную клетку.

Придерживая ноющие мышцы на прессе, терзаю ручку на двери, но заглючивший автомат заблокировал ее намертво. Твою мать!

Соображаю, что выбираться придется через водительское место. На четвереньках, что бесит со страшной силой. Тело плоховато отвечает запросам мозга, быть собранной.

Да, меня бесит слабость и дрожание, а еще неловкость. Высокие сапоги, хоть и но сплошной подошве, но значительно стесняют сгибание коленей.

Северов, покинув салон, подает руку. Я небрежно отмахиваюсь и выползаю сама. Победив гравитацию, держусь на ногах практически уверенно. Стянувшийся понизу холод, забирается под платье. Тонкий нейлон на колготках пристывает к бедрам и икрам.

— Надо аварийку вызвать? — как — то потеряно спрашиваю, осматривая раздолбанное авто.