Книга По ту сторону лета, страница 77 – Анастасия Палмер

— Этот журнал уже я сам купил. Хотя к этому возрасту вырос из детской мечты.

Еще Стивен показал ей пару семейных альбомов, которые он увез из дома своего отца. Софи рассматривала детские фотографии восьмидесятых годов. Стив катается на велосипеде. Стив задувает свечки на праздничном торте, рядом с ним стоят его друзья, а чуть поодаль родители. А вот он кормит жирафа с руки и радостно смеется, глядя в фотоаппарат. Играет на сцене в школьной рождественской пьесе.

— Ты играл в детских спектаклях? – удивленно спросила Софи.

— Да, это был мой дебют. Я был путеводной звездой. Символизировал надежду и свет, – он рассмеялся. – Сложно мне это далось. Мама разве что не подсказывала мне слова из-за кулис.

Софи продолжала рассматривать альбомы. Она видела счастливого мальчика, которого растили в любви и заботе, а он потом вырос в доброго, внимательного мужчину. Много думал о других и забывал о себе, достаточно оглядеть его дом. Очень скромный по меркам его положения в обществе.

В альбомах было еще немного его личных фотографий из США. Когда Софи держала их в руках, Стив исчез на кухне, видимо, не желая рассказывать ей подробности своей учебы и работы в Нью-Йорке.

Это насторожило ее. Он спокойно мог говорить о Лорейн, но о произошедшем в Нью-Йорке отчаянно умалчивает. Он будто поставил мысленную защиту. Софи сомневалась, что Стивен мог научиться так делать без чьей-либо помощи.

На последней странице альбома лежала еще одна фотография. Там была изображена молодая женщина и девочка лет семи-восьми, которая отдаленно напоминала Софи кого-то. Снимок сделан здесь, в Кейптауне, мама и дочь стояли на пляже, на фоне Столовой горы. По времени, скорее всего, начало двухтысячных. Софи пошла на кухню спросить Стива, кто изображен на снимке.

Он смутился, и было заметно, как он подбирает слова и строит фразу, которая позволит сказать что-то, не сказав ничего.

— А, ты об этой фотографии… – он вздохнул и наморщился лоб. – Я знал эту женщину и ее дочь много лет назад, но имя вылетело из памяти. Лет двадцать прошло. Они переехали в Австралию. Ты же понимаешь, из Южной Африки многие уехали в начале века. Кто куда, но чаще всего в Великобританию, Австралию и Новую Зеландию.

— В какой город они переехали?

— Мы давно потеряли связь, – и он отрицательно покачал головой.

Слова Стивена выглядели логичными, но за ними было что-то еще. Почему эта девочка, теперь уже наверняка выросшая во взрослую женщину, кажется Софи смутно знакомой? Где она могла ее видеть? Эта фотография выбила ее из колеи, впрочем, как и вчерашняя ситуация с бездомной. Мысли терялись, видимо, сегодня не ее день.

Софи налила себе стакан воды, ее взгляд упал на микроволновку, часы которой заботливо подсказали, что в Монреале уже утро. Она тяжело вздохнула, взяла Стивена за руку и увела с собой в гостиную. Сосредоточившись, она задала ему вопрос, который давно уже следовала задать.

— Стивен, а вы ругались с Эмерсоном недавно? Вы часто спорите о чем-то?

Услышав этот вопрос, он посмотрел в глаза Софи. Это длилось секунд тридцать, а потом он улыбнулся. Он потянулся рукой к ней, хотел коснуться ее лица, но потом вдруг передумал и опустил руку. Внутри него будто разжалась пружина напряжения.

— И долго ты ждала, чтобы спросить меня об этом?