Книга Сквозь облака к сердцу. Книга 1, страница 36 – Ана Шерри

А теперь девушка поняла, что хотела бы включить в него Амина. Он чуткий и очень мудрый. Вот только она боялась, что в глазах этого мужчины она низко опустится, что он разочаруется в ней.

Но почему ей есть дело до того, как она будет выглядеть в его глазах и что он о ней подумает? Какая ей разница? Возможно, он скажет очередную восточную мудрость и ей станет чуть легче с этим жить.

— Это не совсем так, – тихо ответила она, привлекая его внимание, – у меня не было ни братьев, ни сестер. Я не люблю об этом говорить… о своей семье. Возможно, для таких, как вы, такие, как я, являются «дном» общества.

Амин затормозил, свернул чуть вправо, пропуская «Тойоту».

— Вы не можете за меня делать выводы, – произнес он, – это могу сделать только я. Но хочу сказать, что такие, «как я», ничего в жизни еще сами не добились, и если бы не золотая карта отца и не авиакомпания моего деда, то тоже был бы «дном». А, забыл! Повезло родиться в Дубае, мы же уже рождаемся богатыми.

Он взглянул на Анну, давая понять, что готов выслушать ее историю.

— Отца я не знала, мама говорила, что он умер. Но, я думаю, она с трудом помнила его, а может, не помнила вовсе. Скорее всего, это был кто-то из ее многочисленных любовников. Она умерла, когда мне было восемь лет. Напилась, закурила, не затушила сигарету… А может, затушила о матрас. Она умерла пьяной во сне от угарного газа. Я не смогла ее даже поднять, кричала, тянула за руку, но она не просыпалась. Я чудом спаслась… Если бы не соседка по этажу, которая почувствовала запах дыма… – Анна отвернулась к окну: в груди заскребло, губы задрожали. – Потом я попала в свою первую приемную семью, к совсем чужим людям, где столкнулась с жестокостью. И так продолжилось мое мучение в этом мире.

Анна впервые в жизни рассказывала о своем детстве совсем незнакомому человеку, но почему-то он сейчас казался ближе всех знакомых и родных.

Амин вырулил на обочину и включил аварийку.

Несколько секунд они сидели молча. Анне уже стало неловко от того, что она рассказала о себе правду. Но оно и к лучшему: эта правда всегда будет напоминать о ее социальном положении.

Девушка еще помнила реакцию Ричарда, когда он узнал о ее прошлом: отец неизвестен, мать алкоголичка и проститутка, Анна росла в чужой семье, а потом скиталась по улицам. За ее плечами нет ничего, только тяжесть этого самого прошлого. Но Ричарда не особо впечатлила ее судьба: таких, как Анна, в Америке предостаточно. Он быстро предложил девушке выйти за него замуж, а она согласилась, потому что семья – это то, о чем Анна мечтала всю свою жизнь.

— В нашей стране брошенным детям находят приемную семью, – продолжила она свой рассказ, встречаясь со взглядом Амина. – Есть семьи, которые не могут родить ребенка, и тогда они обращаются с просьбой об усыновлении. Как правило, это хорошие семьи, и в них приемные родители окутывают малыша любовью. Но чаще встречаются такие, в которых уже есть собственные дети. Органы опеки следят за приемными детьми, но на многое закрывают глаза. Первая семья, в которую я попала, была ненамного лучше той, в которой я родилась. Разница лишь в том, что женщина не пила и не водила домой чужих мужчин, но у нее был муж-абьюзер, который постоянно от нее что-то требовал. Часто приходил домой подвыпившим, обычно такие вечера заканчивались ссорой. Однажды он сильно напился и жестоко избил жену. Я влезла в склоку, чтобы защитить ее, но… получила сама. Получила так, что и ее, и меня госпитализировали. А дальше органы опеки передали меня в семью пастора. Это была та еще семейка. Они создали видимость счастливой семьи. Восемь приемных детей, но каждого из нас эксплуатировали. Кто-то отвечал за кухню, кто-то за целое пастбище, кто-то за чистоту в доме. Мы работали за хлеб, но разве так должны расти дети? Детям нужна любовь, им нужна ласка, с ними надо разговаривать. Мы все время трудились, за исключением походов в церковь и молитв, – нахмурилась Анна. – Я не верю в Бога. Если бы Бог был, он бы не допустил, чтобы со мной такое случилось.