Книга Сквозь облака к сердцу. Книга 1, страница 170 – Ана Шерри

Элиза тепло улыбнулась девушке и получила такую же теплую улыбку в ответ. А Вирджиния не могла себе простить этой неловкости. Но теперь хотя бы понятно, как будет сложно Амину доказать отцу, что Анна достойна быть членом их семьи и матерью наследника.

— Анна, – Сания смотрела на девушку, – прими мои соболезнования. Тетя Элиза права, ты выросла прекрасным человеком.

— Спасибо, Сания, жизнь меня закалила.

— Зато ты обросла броней, – вставил Кристиан, – и можешь постоять за себя. Надо искать плюсы.

— А не пойти ли нам к елке? – предложил Даниэль, чтобы сменить тему разговора.

— Да, – кивнул Саид, – сегодня Рождество, а мы вспоминаем прошлое и грустим.

Надо было отдать должное дедушке, Амин выдохнул, хотя кровь еще кипела. Он остался за столом, когда все вышли, а Вирджиния схватилась за тарелку, делая вид, что хочет ее убрать. Он поднял на мать тяжелый взгляд, и та присела.

— Прости, Амин, – прошептала Вирджиния, когда они остались вдвоем, – я же не знала.

— Что-то это изменило? Ведь теперь ты уверена, что она мошенница и любительница роскоши?

— Нет, нет, – замотала головой Джини, – хотя с таким ее прошлым твой отец будет против этого союза. Ты это прекрасно знаешь. А еще хочу сказать, что Анна сильная, раз решилась рассказать все прямо, без лжи.

— Я люблю ее такой, какая она есть, – прошептал Амин, – даже если бы она была мошенницей. Даже если бы ее интересовали только мои деньги. Это необъяснимо и это не поддается логике.

Амин встал со своего места и направился к остальным рассматривающим картину, нарисованную Элизой. На ней были изображены все члены семей Фернандес и Шараф аль-Дин. Да и елка была очень красивая, стояла в центре гостиной и манила к себе.

Анна разглядывала игрушки, которые показались ей очень старыми.

— Я привезла их из Лондона, – к ней подошла Оливия, – это рождественские игрушки моей матери Джины Паркер. Они украшали елку все мое детство, потом детство моей дочери, а теперь ее детей и моих внуков.

— Они являются шкатулками воспоминаний, – прошептала Анна, – у меня таких нет.

— Будут, – улыбнулась Оливия, – будут. Ты можешь уже начинать создавать свои воспоминания, которые передашь своим детям, а потом внукам. В каждой игрушке будешь ты, так же как в каждой этой игрушке моя мать.

Анну так тронули слова Оливии, что сердце сжалось. Какая же удивительная семья живет в этом доме. Сколько в них тепла и понимания!

Оливия отошла к картине, а Анна продолжала рассматривать игрушки, но сквозь еловые ветки она увидела напротив себя голубые глаза любимого мужчины. Амин слегка кивнул в сторону ванной комнаты, и как бы ни было это опасно, кивнула в ответ.

Он удалился, направился туда, где еще несколько часов назад целовал ее. Девушка оглянулась, все опять что-то бурно обсуждали. Взглянула на Ричарда, который смеялся, разговаривая с Кристианом и держа в руке бокал с вином. Волнение нарастало, Анна ступила в сторону, где скрылся Амин. Еще раз удостоверившись, что все заняты и их никто не видит, пошла следом за ним. Это было рискованно. Если их кто-то застанет, то будет скандал. Прямо в Рождество! Ричард будет самым несчастным, потому что не подпишет контракт. Но любовь… она тянула и манила. Завтра Анна придет в тот отель, а сегодня хотелось просто слов.