Книга Сквозь облака к сердцу. Книга 1, страница 101 – Ана Шерри

Кто первым прервал поцелуй, сложно было сказать. Анна с трудом отступила, глядя прямо в голубые глаза, а потом отвернулась и пошла к калитке. Она шла по песку, точно зная, что никогда не забудет этого поцелуя. Ее губы все еще горели, а руки уже не дрожали, и, кажется, дыхание стало ровнее. Но вот глаза… Глаза практически не видели: она плакала. Впервые она плакала после поцелуя, прекрасно понимая, что он останется с ней на всю жизнь как самое ценное, что с ней случилось.

Девушка остановилась, так и не открыв калитку.

Амин провожал ее взглядом, ни капли не жалея о том, что сделал. Аллах накажет его, но сейчас об этом не хотелось думать. Он сделал то, что желало его сердце. Наблюдая за тем, как Анна идет к выходу, насторожился, когда она остановилась и обернулась. Девушка плакала и, кажется, шла обратно.

Амин шагнул ей навстречу, и они снова встретились в поцелуе. Вот только теперь Амин поднял Анну на руки и понес к дому.

Амин боялся отпустить Анну, ему казалось, что если он это сделает, то девушка исчезнет. Его губы продолжали чувствовать ее губы, и это был не сон.

Пришлось прервать поцелуй, чтобы добраться до спальни, но как только девушка оказалась на мягкой постели, их губы снова встретились, а руки Амина уже стягивали с Анны белый вязаный топ. Его футболка полетела на пол еще раньше, и ее руки исследовали рельефное мужское тело.

Свет уходящего солнца окрасил спальню в теплые тона, совсем не скрывая наготу девушки. И если поначалу была попытка прикрыться одеялом, которую Амин пресек сразу же, то потом стало невероятно сексуально быть в его руках совершенно обнаженной. Как будто она дарит свое тело именно ему.

— Твое тело – мой храм, – прошептал Амин Анне на ушко, – запомни это.

Его шепот возбуждал даже больше прикосновений, а ласки были особенными: неспешными и нежными. Губы Амина целовали каждый дюйм ее тела, иногда встречаясь с ее губами, и тогда Анна запускала пальцы в черные жесткие волосы и от этого ощущала возбуждение. Тело этого мужчины было идеальным, она наслаждалась им, упиваясь каждым прикосновением. А когда Амин вошел в нее, то поняла, что это самый яркий момент за всю ее жизнь, потому что это сделал мужчина, которого она любит. Его губы накрыли ее, заглушая стон, который слетел с них впервые в ее жизни.

Это был не секс, это была любовь сродни искусству, которая не имела ничего общего с обычным физиологическим действом.

Анна даже не подозревала, что можно так легко возбуждаться и получать удовольствие, что можно так явственно ощущать себя женщиной. Храмом. Его храмом.

Она боялась думать о том, что будет потом, потому что прекрасно знала, что потом не будет ничего… Пустота.

— Ухиббуки ая кальби, – услышала она арабскую речь и тут же крепче обняла спину Амина. Хотелось этот момент продлить навечно. Он сказал ей что-то важное, но она ничего не поняла. Вместо ответа нашла его губы и прильнула к ним.

Занятие любовью длилось долго и забрало силы у обоих. Амин и Анна уснули, как только стали дышать ровнее. Девушка хотела спросить, что значит «кальби», но промолчала. Лучше не знать. Сейчас было так хорошо, как никогда в жизни, и хотелось сохранить этот момент в памяти. Завтра все изменит. Завтра «их» не будет. Будут «он» и «она»: президент самой крупной авиакомпании Востока и замужняя девушка без рода, мать которой была проституткой и алкоголичкой.