Книга Мой лучший враг, страница 185 – Алена Филипенко

Стас равнодушно слушает отца. В этом весь отец – никогда ничему не ужасается, никогда не огорчается и не радуется. Он просто во всем ищет «коммерческую составляющую». Смотрит на мир под каким-то своим углом.

— Твой переезд откладывается, – говорит отец Стасу таким тоном, как будто подводит все итоги. – Запру тебя в доме и будешь тут сидеть, пока не ясно будет, что из всего из этого выйдет. – А потом он переводит взгляд на Ирину. – Где моя дочь?

— Не знаю, – пожимает она плечами. – Наверное, у себя.

— Оторвалась бы от бутылки да посмотрела бы. Что это за мать, которая не знает, где находятся ее дети… – ворчит отец и делает шаг в сторону комнаты дочери. Яна отскакивает от двери, садится на кровать. Ей будет стыдно, если отец узнает, что она подслушивала.

— Так что же не хочешь забрать ее себе, а? – кричит ему разъяренная женщина. – Потому что не нужна она тебе! Никто тебе не нужен! Семью новую завел!

— Истеричка! – огрызается отец и открывает дверь в комнату Яны.

— Привет, пап, – спокойно говорит девочка.

— Привет, дочь. О, боже, что это на тебе надето? – ужасается он и входит в комнату.

— Смирительная рубашка. Мы со Стасом играли просто…

Он помогает ей развязаться.

— Нет случайно еще одной такой же? Вашу мать усмирить?

Яна качает головой. Отец снимает с нее рубашку.

Яна потирает руки и с удовольствием чешет нос.

— Малыш, я спрячусь у тебя тут ненадолго. Хоть в тишине побуду, – Отец закрывает глаза и начинает массировать виски.

— Пап, – тихо говорит дочь. – А что теперь будет со Стасом?

— Не знаю, малыш, – озабоченно говорит он. – Знаю только, что он в большой беде. И что его надо спасать.

— А мы спасем его?

— Мы сделаем все, что сможем, – отец целует девочку в макушку.

* * *

Удивительно, насколько быстро две тупых разъяренных курицы могут превратить официальную встречу в балаган.

Зря они все это затеяли. И для чего? Обе стороны наняли раздутых и напыщенных адвокатов, чтобы пустить пыль в глаза.

Две семьи захотели встретиться и все обсудить, чтобы к чему-то прийти, решить, нужно ли доводить дело до суда, и местом встречи почему-то сделали дом Мицкевич. Зря это все. лучше бы встретились на нейтральной территории, или вовсе бы не встречались.

Обе стороны в полном сборе. Вот, сидят на кухне за большим обеденным столом. Адвокаты, родители Стаса, Томкины родители… И сама… Она.

Стас морщится. Зачем они взяли ее, ну? Ей итак не слабо досталось. А здесь, в своем доме сидеть в присутствии врага… Это больно для нее. Но кажется она на удивление спокойной. Ведет себя будто приглашенный гость – просто наблюдает да слушает. Как будто все, о чем здесь говорят, не относится к ней напрямую. Она будто думает о чем-то своем. Ей плевать на все, что происходит. Это странно. Неужели она не хочет, чтобы все было по справедливости? Или задумала чего-то? Стас иногда посылает ей короткие взгляды, тщетно пытается прочитать ее мысли. Она не смотрит на него. Не разговаривает. Делает вид, будто его не существует.

На счет двух тупых куриц…

Разъяренные и красные от злости мамашки сидят и кудахтают друг на друга. А начиналось все довольно мирно. Обе женщины сидели белые, как мел, и своими плотно сжатыми губами показывали всем, что разговаривать «с этими людьми» ниже их достоинства. Лучше бы они продолжали в том же духе. Естественно, эти павлины с клеймом юриста на лбу не смогли решить вопрос мирно, хотя бросались друг в друга какими-то заумными фразами. Мамашкам стало скучно их слушать, и они стали бросаться друг в друга фразами попроще да покрепче. Стасу стало смешно – просто цирк вокруг! Только девчонку жалко… На хрена же все-таки ее сюда притащили?