Книга Травма, страница 99 – Оля Олич

— Ромашковый, – сообщил он монотонно.

Почему-то я испустила какой-то сдавленный смешок, на что Майк отреагировал практически моментально.

— Ага, да, – согласился он, – не помогает. Первым об этом пошутил Джейк.

Майк ушел из кухни, и я решила позвонить Викки, чтобы сообщить, что я в порядке. Она пожелала мне спокойной ночи и обрадовалась, что я осталась у него: в любом случае Викки Стивенс теперь всем своим сердцем желает, чтобы следующая свадьба была моей.

Я же пока об этом не думала: наивно полагать, что все, что происходит сейчас, не разрушится спустя некоторое время. Мне все еще было страшно за то, что может натворить Кайл, но пока его не было поблизости.

Пока я пила горячий ромашковый чай и клевала носом в полусонном состоянии, Майк уже вернулся и на край стола положил футболку.

— Наденешь. И… раз уж ты хотела… – Он кладет рядом с моей рукой тот самый блокнот, который я прежде пыталась прочитать.

Я в растерянности взглянула на Майка, отрицательно качая головой.

— Я не буду его читать.

— Все, азарт пропал, стоило мне разрешить? – саркастично ухмыльнулся он. – Дело твое.

— Окей… – Я отпила еще чая, чувствуя, как прогревается и расслабляется организм. – Может, потом. Сплю в твоей комнате?

— Да, – отвечает Майк, – если что, я в гараже или гостиной. Если тебе вдруг станет хуже.

Я уже даже успела протрезветь: удивительная и приятная особенность моего организма. Встав из-за стола, я забрала с собой футболку и блокнот. Майк нервно сжал кулаки, слегка дернувшись: неужели там что-то настолько страшное, что он все еще не уверен в том, должна ли я это видеть?

Уже поздно. И теперь я его точно посмотрю. Не сегодня, так завтра…

Странное мутное предчувствие тревожило меня. Я прошлась голыми ступнями по ступенькам наверх, ощущая себя слегка испуганно. Что за шутки организма?

Почему-то вспомнилось, что я давно не звонила родителям… Все ли у них хорошо? Завтра же, когда протрезвею, вернусь к Глории и попробую дозвониться. Во время нескольких последних попыток мне отвечал автоответчик.

Я зашла в спальню Майка, и меня пробрало от волнения. Она была темной, из широкого окна пол освещали уличные фонари. Я сняла платье, переоделась в длинную красную футболку, и мне стало немного спокойнее. Когда твое тело не сковывает никакая ткань, это просто дар божий.

Положив мобильный и блокнот по привычке под подушку, я упала на мягкую широкую кровать и натянула на себя одеяло, прикрывая ноги. В его комнате всегда так прохладно…

Ну, с другой стороны, так легче дышать. Папа всегда говорил мне, что нужно проветривать комнату перед сном.

С этими мыслями я не заметила, как уснула настолько крепко, что мне ничего не снилось: пару раз я слышала, как на улице где-то сработала сигнализация и рядом в округе залаял чей-то пес.

Мне было очень спокойно этой ночью, а под утро резко стало еще холоднее – мне пришлось укутаться, с головой накрыться одеялом.

Чей-то тихий вздох, почти неощутимое слабое движение в комнате; я не открываю глаза, чтобы потом не засыпать снова.

Едва слышные шаги, тихий, но явный выдох: моя кровать проминается, и я чувствую знакомый запах ментола. Он смешан с запахом кофе и чего-то сладкого.

Я сквозь сон тихо что-то лепечу, а затем меня сгребают в охапку и тянут спиной к себе, плотно прижимая. Становится так приятно тепло, что я снова проваливаюсь в сон, чувствуя, как крепко Майк обнимает меня.