Книга Невеста. Цена мира, страница 48 – Дина Данич

— А ты? Ты – мой?

Кажется, в его взгляде мелькает недоумение.

— Мой отец изменяет матери, и давно. Я бы… – выдыхаю, собираясь с духом. – Я бы не хотела, чтобы у нас было так же.

— Разве я давал повод так думать?

— Нет, но… Но я не смогу такое терпеть. Ты должен знать, что я не предам тебя и буду верна, но того же жду от тебя, Чезаре. Если ты не готов…

— То что? – заинтересованно спрашивает муж, вызывая у меня тем самым раздражение.

— То это плохо закончится, – заявляю и демонстративно забираю свою руку из его. – Я не стану терпеть подобное. Хочешь трахать шлюх – пожалуйста. Но тогда не смей ложиться ко мне в постель!

На лице мужа появляется довольная ухмылка. Я отступаю назад, но Чезаре успевает меня поймать и дергает на себя, впечатывая в свою грудь.

— Меня заводит твоя страсть, принцесса. Продолжай, и поверь, результат тебе понравится.

— Если ты собираешься специально меня выводить, то я вообще больше ни слова не скажу! – возмущаюсь его насмешкой.

Романо резко разворачивает меня, прижимая к себе уже спиной. А еще мы становимся на шаг ближе к обрыву, что вызывает выброс адреналина. Охаю и пытаюсь отступить, но муж не позволяет.

— Посмотри сюда, – кивает он, вынуждая все же повернуться туда, где начинает обрыв. – Сейчас мы все стоим на краю, принцесса. Но справимся только вместе. Верность, преданность, послушание. Помнишь?

Замираю в его руках, чувствуя каждой клеточкой, что этот момент важен.

Тихо шепчу:

— Да.

— Я не предам, Сандра, – так же тихо произносит муж. – Никогда.

Его слова звучат как клятва. Наверное, нельзя верить на слово опасному мафиози, но я верю. Мы будто снова приносим свои клятвы друг другу.

— Я не предам, Чезаре. Никогда.

Его руки крепко прижимают меня к себе, словно он принял мои ответные слова.

Чувствую легкий поцелуй в макушку.

— То, что ты сказал про Рико на свадьбе, было правдой? – далеко не сразу я осмеливаюсь нарушить наше общее молчание.

Чувствую, как муж напрягается. Чуть отпускает меня, позволяя развернуться, чтобы увидеть его лицо.

— Он предал вашего отца? Предал тебя?

— Да.

Лицо мужа не выражает абсолютно ничего – ни эмоций, ни боли. Нет даже той ярости, что кипела в нем в день нашей с Рико свадьбы.

— Но ты выжил.

— Потому что у меня была цель, – мрачно отвечает он.

— А Оскар? Он был с тобой тогда?

Я не уверена, что имею право задавать такой вопрос именно сейчас. Все очень зыбко и в то же время основательно. Я не успела как следует узнать Чезаре, но сейчас полагаюсь исключительно на интуицию.

— Был. Благодаря ему мы оба выжили.

Кажется, в этот момент голос меняется. Романо снова отводит взгляд к обрыву, и меня не покидает ощущение, что он чем-то важен для мужа. Но вместо этого я задаю еще один вопрос:

— Он поэтому больше не разговаривает? Ни разу не слышала его голос.

— Брат в принципе молчаливый, – отстраненно отвечает Чезаре.

Резкий порыв ветра, и я едва не теряю равновесие, цепляясь за мужа. Тот легко приподнимает меня и относит дальше от края обрыва.

Прижимаюсь к Чезаре, наслаждаясь его близостью.

— Ты замерзла, идем обратно к машине.

У меня еще десятки вопросов, но я чувствую – на сегодня лимит исчерпан. Романо не тот мужчина, который будет много рассказывать о себе. Однако он приоткрыл дверь в свое личное пространство, и для меня это хороший знак. Значит, у нас есть шанс.