Книга Дочь врага. Цена долга, страница 34 – Дина Данич

Она поворачивается в нашу сторону и мягко улыбается.

— Мишель только недавно проснулась и хорошо поела.

Оскар, которому она отчитывается, коротко кивает, но не торопится подходить. А я, не удержавшись, иду к дивану и, присев рядом, говорю:

— Добрый день. Меня зовут Джулия.

— Алисия, – отвечает мне няня. – Хотите подержать? – спрашивает она, заметив мой внимательный взгляд.

— Если можно.

Женщина осторожно передает малышку мне на руки. У крохи такие невероятно синие глаза, что я даже теряюсь в первый момент. Вчера я не успела рассмотреть как следует. Малышка сонно потягивается и вытаскивает маленькую ручку из-под легкого пледа, в который она укутана. А я столбенею. Просто вдохнуть не могу, видя ее ладошку.

Это просто… Поднимаю растерянный взгляд на Оскара – тот по-прежнему цепко следит за моей реакцией.

— Но как это? – беспомощно шепчу, едва не задыхаясь от боли за крошку.

Оскар молчит и явно не торопится мне отвечать. Опускаю взгляд на ладошку Мишель, разглядываю крошечные пальчики, которые срослись между собой, пусть и не до конца.

— Ты поэтому не захотел отдавать ее в больницу? – спрашиваю, хотя уже подозреваю ответ. Осторожно раскрываю плед так, чтобы увидеть вторую ручку, и понимаю, что там ситуация еще хуже.

На глаза наворачиваются слезы – получается, из-за этого родители отказались от малышки?!

— Ей нужна квалифицированная помощь и соответствующая операция, – глухим голосом отвечает Оскар. Сам он не подходит ближе – наоборот, даже как будто держится на расстоянии. Отходит дальше к окну, наблюдая за мной со стороны.

— Но в городской больнице должны быть врачи, – не сдаюсь я.

На это он лишь криво ухмыляется, а Алисия тяжело вздыхает. Перевожу взгляд на нее, но женщина ничего не успевает мне сказать – отвлекается на мобильный. Встает с дивана и, выйдя из комнаты, отвечает на звонок.

Мы остаемся одни. Я все никак не могу поверить в то, что вижу. Понимаю, что такое бывает, что все эти несовершенства у детей могут быть – мы проходили это на анатомии. Но одно дело – знать в теории, а другое – видеть кроху, у которой беда с пальчиками.

— Больше она не такая милая, как была? – вдруг спрашивает Оскар, на что я возмущенно фыркаю, подняв на него взгляд.

— Серьезно?

Он примиряюще усмехается и поднимает руки, вроде как капитулируя.

— Просто уточнил. Не все способны принять… – он замолкает, а затем добавляет гораздо тише, – особенности других.

— Она – ребенок, и ни в чем не виновата, – категорично возражаю.

В комнату возвращается Алисия, замирает на пороге и неловко мнется.

— Мне надо к дочери поехать. Буквально на пару часов, – виновато произносит она. – Знаю, вы оплатили круглосуточный присмотр, но это форс-мажор и…

— Я могу посидеть с девочкой, – говорю, останавливая женщину. Затем поворачиваюсь к Оскару – тот немигающие смотрит на меня.

— Хорошо, Алисия, – наконец, отвечает он. – У вас два часа.

На лице женщины отражается облегчение. Она кивает и, попрощавшись, покидает квартиру. Мы остаемся одни с малышкой, которая забавно морщит носик, а я вспоминаю, как Валерио по первости тоже выглядел довольно смешно.

— Ну что ты, милая? – нежно шепчу, перехватывая ее поудобнее. – Устала лежать? Хочешь посмотреть, что есть вокруг?

Девочка кряхтит сильнее, словно ей что-то не нравится. Куксится и начинает хныкать. Прижимаю к себе сильнее и вспоминаю все приемы, что срабатывали с моим братом. Я как-то так сильно погружаюсь в мысли, что даже забываю про Оскара. Но едва встаю на ноги, чтобы походить с крошкой на руках, как сталкиваюсь с ним взглядом и тушуюсь.