Книга Глубокие воды, страница 180 – Фиона Марухнич

Включил двигатель.

— Поехали, — сказал я, не глядя на Влада. — У меня осталось несколько часов, чтобы успокоится, иначе я превращусь в отморозка уже сегодня.

Вдавив педаль газа, я рванул с места, как будто за мной гнался сам дьявол. В зеркале заднего вида тускло мерцали фонари царицынских многоэтажек, а впереди маячили огни Москвы, словно дразнящие обещания помощи и спасения. Или же предвестие ада.

— Слушай, ковбой, — Влад снова за старое, но сейчас его ирония казалась какой-то натужной, — Ты хоть представляешь, что ты там, в клубе, будешь делать? Просто войдёшь и сразу в глотку им вцепишься? Ты это… держи себя в руках, а то ещё больше проблем наживёшь.

Я сжал руль так, что костяшки побелели. Кровь стучала в висках, пульсировала в каждой клетке тела.

— Мне нужно быть готовым, Влад. Они должны видеть, что я сломлен, что я готов на всё ради Евы. Пусть думают, что я у них на крючке.

— А если… — Влад замялся, будто боялся произнести вслух то, что крутилось у нас обоих в голове, — А если они не захотят её возвращать? Что тогда? Что ты будешь делать, Адам?

Вопрос повис в воздухе, как дамоклов меч. За окном проплывали предновогодние огни Москвы. Гирлянды мерцали, создавая иллюзию праздника, но в моей груди клубилась лишь тьма. Внутри всё сжалось от ужасающей тишины.

Не вернут Еву?

Эта мысль жгла хуже раскаленного железа. Это даже страшно представить. Значит все мои деньги и власть не имеют никакого значения. Значит я всегда буду её искать?

Я судорожно вздохнул, пытаясь прогнать ком в горле.

— Мы её найдём, Влад. Рано или поздно, мы достанем её даже из-под земли.

— А если они её… — начал было Влад, но я его оборвал.

— Не смей даже думать об этом! Пока они живы, жива и она. Это парадоксально, но это так. Сейчас нам нужно, чтобы эти ублюдки дышали. Только так у нас есть шанс.

Я замолчал, и Влад тоже. В салоне повисла гнетущая тишина. Машина неслась по Тверской, приближаясь к моему клубу "Белый Тигр". Его неоновые огни теперь казались мне зловещим оскалом. Местом, где я предал себя. Место, где я должен притвориться, что я всё ещё тот Адам, что играл по их правилам.

Приближаясь, мы заметили, как у входа уже толпились посетители – те, кто ищет забвения в алкоголе и музыке. Я сбавил скорость, подъезжая ближе, и припарковался на обочине, напротив. Сердце колотилось, как барабан. Полночь. Всего несколько часов, и эти твари явятся. Я должен быть готов.

В этот момент телефон в кармане завибрировал, разрывая тишину. Я вытащил его, взглянув на экран: Марат. Чёрт.

Руки слегка дрогнули, но я заставил себя ответить, стараясь говорить ровным, ледяным тоном, как будто это не телефонный звонок, а деловая встреча.

— Адам, — раздался его мерзкий голос, с той самой издевательской интонацией, от которой хотелось врезать. — Мы решили не тянуть. Подъедем раньше – к одиннадцати. Будь на месте, не опаздывай. И не вздумай куда-то свалить, иначе твоя крошка Ева почувствует себя очень одинокой.

Я сжал телефон так, что экран, казалось, треснет. Одиннадцать? Часом раньше? Эти ублюдки играют со мной, как с котёнком. Но я не поддамся.

Голос мой был холодным, как арктический ветер:

— Без проблем. Я буду там.

Марат хохотнул, и этот смех эхом отозвался во мне, разжигая ярость.