Онлайн книга «Глубокие воды»
|
Острая игла. Укол. Всё померкло. Я чувствовала, как сознание ускользает, как тьма подступает со всех сторон. Но даже в этой тьме, в самом её центре, пульсировала одна мысль: «Они мертвы. Мама и папа мертвы». Дальше - лишь пустота. Тишина. Небытие. Измученное тело обмякло на больничной койке, разум погрузился в глубокий, искусственный сон. Но даже во сне, наверное, я продолжала кричать. Кричать от боли, от потери, от ужаса. ============ • ✠ • ============ Я медленно открыла глаза. Мысли путались, в пелене от странного, болезненного сна я не могла понять, где я. Дома? Но когда я распахнула глаза шире, сразу стало ясно: это не мой дом. Больница. Белые стены, резкий запах лекарств, писк приборов… В голову ворвались обрывки воспоминаний: авария, родители погибли сегодня утром, а я… осталась жива. Сердце сжалось от невыносимой боли. Я всхлипнула, чувствуя, как горячие слёзы катятся по щекам, обжигая кожу. — Тише, тише, — услышала я тихий голос врача, который будто из ниоткуда появился рядом. Он наклонился ко мне, его лицо выражало сочувствие, но в глазах читалась усталость. «Наверное, привык видеть такое», — промелькнула циничная мысль. — Мне очень жаль, Ева, — произнёс он мягко, но слова его звучали как приговор. — Я понимаю, что сейчас тебе очень тяжело. Поверьте, мы сделали всё возможное… «Всё возможное? А их это вернуло?» Хотелось закричать, обрушить на него весь свой гнев, но я лишь молча смотрела на него затуманенным взглядом. — Вы не виноваты, Ева. Это был несчастный случай, — продолжил он, словно читал мои мысли. — Никто не мог этого предвидеть. Виновата ли я? А кто тогда? Отец, пьяный за рулём? Дядя, из-за которого отец запил? Или может, я сама? Собрав остатки сил, я вытерла слёзы тыльной стороной ладони. — Сколько я проспала? — прохрипела я, чувствуя, как саднит в горле. — До вечера. Сейчас около восьми часов, — ответил врач, его взгляд был полон сочувствия. — Ясно, — прошептала я, и просто погрузилась в свои чувства, не ощущая ничего вокруг. Комната словно расплылась, звуки стали приглушёнными. Я проваливалась в глубокую яму отчаяния и боли, от которой не было выхода. — Я понимаю, что вам сейчас очень тяжело, — продолжал врач, — Но нам нужно решать, что делать дальше. — В каком смысле? — резко спросила я, вырываясь из оцепенения. — Мы связались со всеми вашими родственниками, пытаясь найти того, кто захочет взять над вами опеку. Он замолчал, ожидая моей реакции. Но что тут скажешь? Я и так знала, чем всё закончится. — И? — подтолкнула я его, предчувствуя худшее. Врач опустил глаза. — Все они отказались. Уголки моих губ приподнялись в кривой усмешке. — Конечно. Что и следовало ожидать… Они всегда были такими. Только когда нам было хорошо, они были рядом, а стоило отцу потерять всё, как все исчезли. — Но… — врач снова поднял взгляд, — Я позвонил вашему дяде, Адаму, и сообщил о трагедии… Ненависть вспыхнула во мне мгновенно, прожигая всё вокруг. Дядя Адам. Ненавистный, отвратительный. Как я вообще могла его так любить? Предатель. Бросил нас… меня. А теперь он вдруг решил объявиться? Как пропал, так пусть там и сидит. Он мне больше не нужен. Вдруг, меня осенило. А ведь это он во всем виноват! Именно он бросил нас! Возможно, этого всего и не случилось бы, если бы он простил отца за тот проигрыш. Отец бы не стал так пить, не продал бы особняк и всё, что у нас было. А сейчас… я вынуждена не только лишиться родителей, нормального детства, но и вообще какого-то будущего… |