Книга Птица, лишенная голоса, страница 185 – Рукие Идели

Выйдя из ванной, я столкнулась лицом к лицу с Караном. Медленно осмотрев меня с головы до ног, он взял с тумбочки лекарство и протянул мне вместе со стаканом воды.

— Это жаропонижающее.

Я выпила таблетки. Он протянул мне стакан молока.

— Я знаю, что тебе не очень хотелось его пить, но сделай хотя бы глоток.

Я не стала с ним спорить. Сделав пару глотков, я легла в постель. Каран стоял и смотрел на меня сверху вниз.

— Ты сказал, что у тебя есть кое-какие дела на пару часов, что ты собираешься делать? – спросила я. Он прищурился.

— Я понял, что, кроме тебя, у меня нет более важной работы, – сказал он, и я от удивления открыла рот.

Каран улыбнулся, увидев мою реакцию, а затем указал на место рядом со мной:

— Я могу прилечь?

— Да, конечно, – закивала я.

Давай только рот закроем.

Он лег рядом и повернулся ко мне лицом. На нем уже была футболка. Наша близость меня взволновала. Я положила голову ему на грудь, а он, упершись подбородком мне в лоб, обнял меня и притянул к себе.

— Чем ты пахнешь? – спросил он, сделав глубокий вдох. – У этого аромата есть название?

Улыбнувшись, я подняла голову.

— Это называется «шампунь», – сказала я, рассмеявшись.

Когда мы встретились глазами, я увидела, что он тоже улыбается.

— Нет, этот твой запах, – Каран приблизился к моей шее.

Я задержала дыхание.

— Это совсем другой запах.

Он снова набрал полную грудь воздуха и продолжил задумчиво:

— Он сводит с ума.

Он отдалился от моей шеи, но расстояние между нашими лицами все еще было таким незначительным. Я чувствовала, как мои губы покалывает от близости к его губам. Каран, казалось, был так же взволнован. Не в силах сдержаться, я придвинулась к нему, словно лишь в его губах могла найти лекарство от всех своих бед. Наши губы уже почти соприкоснулись, как он вдруг отстранился.

— Не делай этого, Ляль, – сказал он хрипло.

Я на мгновение застыла. Я сделала это, думая, что наши чувства взаимны. Неужели я ошиблась? Что почувствовал Каран, раз так быстро отстранился от меня? Неужели я все неправильно поняла? Но как? Что? Все это сбивало с толку.

Я отвернулась, не в силах скрыть свои чувства. Я думала, что нравлюсь ему. Была уверена в этом. Тогда почему он так поступил? В чем причина? Я пролежала так какое-то время.

— Ляль? – произнес он, и в его голосе явственно слышалось сожаление. – Ты спишь? Я… Ты уснула?

Он вел себя очень осторожно, стараясь не прикасаться ко мне. Потом выругался себе под нос. Я не подала вида.

— Если ты скажешь мне, что не готова… В смысле из-за того, что случилось… То есть ты же себя неважно чувствуешь… Именно поэтому я… И это так не вовремя…

Я слышала, как он сглотнул.

— Ты слышишь меня? Ты спишь?

Те клочки предложений, что долетали до меня, несли с собой ветра сожалений. Он заставил меня почувствовать себя глупо, потому что заботился обо мне? Но именно из-за этого я так отвратительно сейчас себя чувствовала. Мне хотелось, чтобы он дал мне право самой решать, что я хочу сделать и в какое время.

Когда я не ответила, он остался лежать рядом, не произнося ни слова. Тишина стала рекой, проложившей в ночи русло между нами. Незадолго до того, как я окончательно провалилась в сон под действием таблеток, он обхватил меня за талию и притянул к себе.

— Сколько ошибок я уже совершил? Смогу ли я исправить хоть что-то из того, что уже натворил? – произнес он, целуя мои волосы, пока я проваливалась в темноту.