Книга Птица, лишенная голоса, страница 156 – Рукие Идели

— Мне нужно идти, – произнес он, так и не поцеловав меня, и глубоко вздохнул.

— Мне нужно идти, – повторил он то же самое.

Он быстро коснулся губами моей щеки. И, перед тем как отстраниться, прижался носом к моим волосам и вдохнул их запах.

— Надеюсь, этого достаточно, – сказал он, отодвигаясь.

Казалось, стук моего сердца было слышно в каждом уголке гостиной. Я открыла глаза, все еще неровно дыша.

— Будь осторожен, – это все, что я могла сказать.

Я подумала, что, если он еще хоть мгновение продолжит смотреть на меня таким взглядом, я упаду в обморок. В моем животе порхали бабочки всякий раз, когда я видела, с какими сияющими глазами он смотрит на меня.

— Я буду, – широко улыбнулся Каран и встал, не выпуская мою руку из своей ладони.

Когда мы вместе, бок о бок, подошли к входной двери, он вдруг заметил, что я была босиком.

— Почему ты не надела носки? Если ты не в курсе, приближается зима. Тем более мы ходим по дому в уличной обуви. Нельзя так ходить, это навредит твоему здоровью.

Подойдя к двери, он развернулся в последний раз.

— Немедленно вымой ноги и надевай теплые носки. Договорились?

— Когда ты вернешься? – Когда я его спросила, выражение его лица тут же изменилось.

Но он улыбнулся:

— Я вернусь утром, но мы не об этом. Надень…

— …носки на ноги, – прервала я его. – Ты сможешь сообщить мне, когда встретишься с Омером? Я переживаю. Кроме того, мне все равно не спится. Ты можешь позвонить мне в любое время. Я буду ждать твоего возвращения.

Он положил свои руки мне на плечи и слегка их сжал.

— Возможно, у меня не будет возможности позвонить самому, но я найду способ, как это сделать. Здесь не о чем беспокоиться. Мы будем дома уже утром, – произнес он и поцеловал меня в лоб. – Не стой в коридоре босиком, поднимайся наверх.

Я улыбнулась в ответ:

— Я буду ждать новостей от тебя.

Он снова посмотрел прямо мне в глаза и вздохнул.

— Жди. – Он сказал это с таким чувством, словно наконец-то обрел внутренний покой. – Жди, красавица.

— Сам ты красавец, – сказала я, склонив голову, отчего он громко засмеялся.

— Ладно, я тут красавец. – Каран крепко меня обнял. – Передавай от меня привет Сене. Завтра вместе отвезем ее в аэропорт.

Я обняла его за талию, вдыхая запах его кожи.

— И надень кардиган поверх пижамы.

— Хорошо, папа! – саркастически ответила я. Теперь он поцеловал меня в волосы.

— Поверь мне на слово, – сказал он, ухмыляясь, – ты под защитой. Завтра увидимся.

С этими словами он открыл дверь и, быстрыми шагами спустившись вниз, сел в машину. Мне было забавно наблюдать, как он старался побыстрее преодолеть расстояние до машины, чтобы не оглядываться. Словно если бы оглянулся, то уже передумал куда-то ехать. Я продолжала смотреть на него, пока он сигналил, покидая территорию дома. Стоя в дверях с глупой улыбкой на лице, я думала о том, что же сейчас произошло между нами и кем мы теперь друг другу приходимся.

Вмоей груди поселилось огромное счастье. Я раскрыла ребра и собственноручно поместила его внутрь. Я дала ему возможность медленно прорастать внутри, питая его своими слезами. Я думала, что дверь, на которую я извергала свою ненависть, никогда не откроется; и казалось невозможным, что это все-таки случилось. «Это жизнь, вот так ты должна чувствовать ее дыхание», – скажете вы. Дыхание, что соединяет раскрытые ребра и питает твое счастье…