Книга Птица, лишенная голоса, страница 131 – Рукие Идели

Я шла за ним с открытым ртом, находясь в полном замешательстве от его поступков и не понимая, как на это все реагировать. В одну секунду я злилась на него, а в следующую мне уже хотелось его обнять. Я все еще горела желанием ударить его по лицу, но не прошло бы и секунды, прежде чем я бы не поцеловала то место, в которое целилась.

Ну все, у нас поехала крыша.

Мы сели рядом с Омером, и, когда глаза Карана коснулись моей обнаженной в разрезе платья ноги, он отвернулся и больше ни разу не посмотрел в мою сторону до конца вечера. Но каким-то образом он все время напоминал о своем присутствии, легонько касаясь плечом в течение вечера. Я не дышала и даже не слышала, кто сколько пожертвовал. Я вспомнила, что и сама хотела внести пожертвование, в самый последний момент.

Близость к Карану окончательно выбила меня из колеи.

Батухан оказался таким милым, что у меня через полчаса уже болел живот, так сильно он меня смешил. Все сидящие с нами гости сидели спокойно, но только мы покатывались от хохота. Если бы я вовремя не остановилась, то лопнула бы.

— Над чем вы так смеетесь? – с непониманием спросил нас Деврим. – Что вас настолько развеселило?

Батухан постарался успокоиться и взять себя в руки.

— Что, мой юмор тебе непонятен? – спросил он Деврима, подмигнув мне. – А вот девушки любят, когда я их веселю. Не правда ли, Эфляль?

Я откашлялась и начала обмахивать раскрасневшееся лицо.

— Это точно. Кроме того, девушкам нравятся парни, которые заставляют их смеяться…

— Неужели? – спросил Каран отрывисто, сдвинув брови к переносице. – К тебе это тоже относится?

Я кивнула в знак согласия, и Каран невольно прикусил губу.

— Понятно… – протянул он, сжав бокал так, словно собирался его разбить, и одним глотком допил его содержимое.

Если он сокрушается, что недостаточно веселый для тебя, пусть сначала посмотрит на свое отражение в зеркале. Необязательно быть комиком, чтобы веселить…

Какое мне до него дело?

Надо было думать раньше, а не после того, как он забрал у меня возможность выступать и премило общался с Айшегюль. У него не было возможности сесть рядом со мной, но он вполне мог продолжить общаться со своей секретаршей. Я приложила холодный бокал к голове. Мне нужно срочно узнать адрес компании и наведаться к ним в офис.

— Милый, ты сам по себе смешной, – сказала я, толкнув Карана в плечо. – Ты самодостаточный. Забудь о том, что говорят вокруг… но, Аллах! – Я рассмеялась и повернулась к Батухану: – Я так рада, что мы познакомились, Батухан!

Голос сорвался, я уже достаточно выпила.

— Мне тоже очень приятно с тобой познакомиться, – сказал Батухан, ущипнув меня за щеку, и заказал себе еще выпить. Мы сидели вместе всего пару часов, но мне казалось, что мы знакомы уже очень давно.

После того как присутствующие внесли пожертвования, у меня больше не было желания выходить на сцену. Гости стали медленно расходиться, энергия в зале сошла на нет, и этот менопаузный Каран добился того, что задумывал изначально.

Мы прошли в бар отеля, к нам присоединилась моя команда, но они почти сразу же покинули нас, чтобы успеть на рейс в аэропорт. Я не знаю, насколько серьезно они восприняли мои слова о том, что я передаю всем привет и хочу, чтобы они обняли Гёкхана за меня. У бара остались только Каран, Батухан, Омер, Ариф, Деврим и Айшегюль, и я искренне не понимала, почему она все еще не ушла отсюда.