Книга Птица, влюбленная в клетку, страница 46 – Рукие Идели

За мной он не пошел.

Уверена, что он продолжал стоять в коридоре и, как котенок, оглядываться вокруг. Ах, если бы он был таким же невинным. Он напоминал только что родившегося, застенчивого котенка, который не знал, что ему делать, и просто смотрел на окружающий его мир.

Я почувствовала себя так, будто была в разлуке с ним долгие годы. Но еще меня переполнял гнев. Мне казалось, будто меня только-только предали. Мы с ним сейчас находились в одном помещении, и от этого я ничего не слышала. От волнения у меня шумело в ушах. Я и подумать не могла, что сегодняшний день будет таким. Если бы знала, подготовила бы себя как-то. Его присутствие было для меня убийственно. Я чувствовала исходящую от него опасность, угрозу отказаться от себя, сдаться ему прямо сейчас.

Я боялась того, что не смогу сопротивляться ему.

Через несколько секунд он вошел в гостиную. Как только я увидела его, мне показалось, будто в моем сердце, до этого дрожавшим от холода, поднимается теплое весеннее солнце. В тот момент я прокляла себя за это. Когда он остановился прямо передо мной, я положила ногу на ногу, скрестила на груди руки и уставилась на него.

Каран нервничал, потому что находился там, где хотел быть, но не при тех обстоятельствах. Он снял пальто и, держа в руках, крепко сжимал ткань. Я медленно оглядела его с ног до головы.

По его внешнему виду, а точнее, по отросшей бороде и синякам под глазами, стало ясно, как он провел последние дни. Каран похудел на несколько килограммов с тех пор, когда я видела его в последний раз. Несмотря на это, он был все такой же большой. Когда он расправил ссутуленные плечи, я посмотрела ему прямо в глаза. Его взгляд был таким грустным и беспомощным, что если бы я не знала Карана, то подумала бы, что он сейчас расплачется.

Ты не сможешь это выдержать.

По его лицу было понятно, что он не ожидал от меня приглашения в дом. Его блуждающий по комнате взгляд выдавал любопытство. Он с интересом осматривал пространство, где я жила. Каран приблизился ко мне и посмотрел в лицо. Мы были в десяти шагах друг от друга, но я могла поклясться, что слышала, как бьется его сердце.

Внутри у меня все болело.

Невыносимо болело.

Каран первым нарушил тишину.

— Я забыл в машине цветы, – сказал он, и это было совсем не то, что я ожидала услышать. – Может, схожу и принесу?

Он разволновался. Повернулся и собирался уже было пойти за розами, как вдруг замер и еще раз посмотрел на меня.

— Можно я оставлю дверь приоткрытой? – спросил он совсем тихо и безнадежно, словно боялся, что я не пущу его, если дверь закроется.

От его голоса у меня по спине пробежали мурашки, но я постаралась этого не показывать. Мне было трудно говорить, пока он так смотрел мне в глаза, но все же я нашла в себе силы разомкнуть губы.

— Мне плевать на твои цветы, – холодно сказала я. По гостиной эхом пронесся звук, как будто что-то между нами развалилось на части.

Это было его сердце.

Я делала ему больно. Но у меня не осталось слов, чтобы описать, как трудно жить с душой, которая испытывает еще большую боль, чем его. Я хотела заставить его страдать, но сама мучилась от этого еще больше.

Каран поджал губы и еле заметно кивнул. Он с силой сжимал пальто в руках и смотрел так, словно не знал, с чего начать. Он был высокого роста, поэтому мне приходилось глядеть на него снизу вверх. Я могла бы предложить ему сесть в кресло, но мне нравилось то, как он стоит вот так, напротив. Его замешательство было ничтожным по сравнению с моими чувствами. Из-за того, что он заставил меня пережить, я не могла даже пожалеть его в таком растерянном состоянии.