Книга Птица, влюбленная в клетку, страница 249 – Рукие Идели

Я набрала полную грудь воздуха.

— Ты можешь войти, – крикнула я, наблюдая, как медленно открылась дверь.

Он спокойно вошел в комнату. На нем была рубашка кофейного цвета, которую я подарила ему на день рождения. Его волосы, с которыми обычно он так долго мучился, чтобы уложить в аккуратную прическу, сейчас были сбриты почти под ноль. Лицо осунулось от большого стресса на работе и отсутствия нормальной еды. Я заметила свежий шрам под его бровью. От этого зрелища у меня задрожали губы, а сердце защемило.

Я так по нему скучала. И поняла это, только увидев его перед собой. От тоски у меня засвербело в носу.

Он сделал еще пару шагов и остановился прямо передо мной. Его взгляд медленно просканировал мои лицо, волосы и тело, прежде чем он сказал:

— Привет. – Его голос был холоднее обычного, но в глазах я все еще видела тепло. Он добавил: – Как дела, младшая сестра? Ты хорошо выглядишь.

Я вспомнила, как он впервые назвал меня младшей сестрой. Когда мы стояли у могилы моей семьи, а его глаза были полны слез, он сказал мне: «Отныне я твой брат, а ты моя сестра. И только смерть разлучит нас».

«Ложь может разлучить нас, брат, жаль, что ты этого не знал», – подумала я про себя.

Я прикусила щеку изнутри. Расстояние между нами исчислялось несколькими сантиметрами, но казалось, будто нас разделяли километры. И, чтобы преодолеть это, мне нужно было сделать шаг. Всего один.

Посмотрев ему в глаза, я снова стала той маленькой девочкой с плюшевым мишкой в руках и мокрыми от слез ресницами, одинокой и ранимой. Хотя в тот момент, как мы познакомились, я была гораздо старше. В год, когда я потеряла семью, мне было 17. Я была уже умным, рассудительным подростком. Но внезапная потеря изменила меня. Для брата я так и осталась той маленькой, потерянной Эфляль. Я нуждалась в нем.

Я быстро смахнула слезу с левого глаза, не отводя печального взгляда от брата. Должно быть, он прочитал мои мысли, потому что мы одновременно сделали шаг навстречу друг другу и обнялись.

— Брат, – произнесла я, не зная, что сказать.

Ясин обнял меня еще крепче. Обнял как брат, как отец…

— Милая сестра, не плачь. Пожалуйста, только не плачь.

Он тоже плакал. Я поняла это по его голосу и по тому, как тряслось его тело в моих объятиях. Когда он потерял родителей, у него не осталось никого, кроме меня. Должно быть, все эти месяцы, находясь в разлуке, он чувствовал то же опустошение, что и я. Я опустила свою голову ему на грудь.

— Ты стала такой красивой. Словно распустившийся цветок… Я так скучал по тебе, так скучал, – сказал он, целуя мои волосы. – Моя прекрасная сестра, память и наследие своего отца.

Жаль, мы не познакомились с ним при других обстоятельствах. Например, если бы они вместе с семьей пришли к нам в гости. Или если бы он помог мне, когда у меня украли кошелек. Или когда у меня были проблемы в школе и мне нужно было кому-то позвонить. Если бы это были мои самые большие проблемы в жизни…

Если бы он сам не нашел меня в момент, когда я была потеряна. Если бы мой отец познакомил нас со словами: «Ляль, это Ясин, считай его своим братом».

Если бы.

Я стиснула зубы, чтобы сдержать рыдания. Еще сильнее прислонилась к его груди, словно он был горой, на которую можно было опереться. Мне так не хватало его успокаивающего тепла. Я поняла, что его тоже простила. Ведь мы были семьей. То, что он рядом со мной, было важнее моего чувства гордости. Так и должно быть.