Книга Единственная любовь бандита, страница 100 – Юлия Герман

— И я тебя, – отвечаю я, обнимая его могучий торс и встречаясь с губами, целуя в ответ. – Безумно.

Широкие ладони мужа уже скользят по моему телу, задирая подол и пытаясь стянуть с меня платье.

— Не здесь, – не хочу, чтобы у нашего интимного момента были свидетели.

— Черт! – поправляет он мою одежду, тяжело дыша. – Ты права, – продолжает целовать меня и неожиданно подхватывает на руки, напрявляясь к двери.

— Что ты делаешь? – смеюсь.

— Ношу на руках.

— Ненормальный!

— Влюбленный и самый счастливый!

— Поставь меня!

Он ставит меня на ноги, но не отпускает. Одной рукой хватает со стола ключи от машины, другой крепко держит меня за талию. Его глаза горят азартом, тем самым, диким и прекрасным, что когда-то свел нас вместе и чуть не уничтожил. Но теперь в этом азарте нет разрушения. Только жажда жизни и любовь.

— Но ты же… У тебя совещание через полчаса… – пытаюсь я слабо протестовать, хотя все мое существо уже ликует.

— К черту совещание! – он целует меня жадно, с той самой смесью нежности и ярости, что составляет суть нас. – У меня сегодня есть дела поважнее. Самые важные в мире.

Мы выбегаем из офиса, ошеломляя секретаршу и пару клерков в коридоре. Мы не идем – бежим, летим по лестнице, как два подростка, сбегающие с уроков. Его смех эхом разносится под сводами. Моя рука надежно спрятана в его.

Машина мчится по узким улочкам, увозя нас домой. Одной рукой Арес ведет автомобиль, а второй сжимает мое колено.

Внутри меня все горит, и я чувствую себя такой возбужденной, как никогда. Я поднимаю его руку и всасываю подушечку указательного пальца, облизывая его.

Арес шумно втягивает воздух.

— Что ты творишь?

— Показываю, как сильно хочу тебя.

— Черт, я же не доеду до дома.

— А ты… сделай остановку, – продолжаю свою провокацию.

Он сворачивает к какому-то парку и тормозит в тени.

И не успевает затормозить, как выходит из машины и, распахнув мою дверь, утягивает меня на заднее сиденье, усаживая к себе на колени, задирая подол и сдвигая трусики в сторону, потонув во влаге.

Я торопливо расстегиваю его брюки, высвобождая мощную эрекцию и сжимая ее ладонью, с тихим стоном сплетаясь языком с мужем.

— Ненасытная моя, – кусает он меня за подбородок, вылизывая шею и стягивая платье, восторженно смотря на набухшую грудь. – Теперь понятно, откуда эта тяжесть, – взвешивает в ладонях груди и облизывает сосок, пока я трусь промежностью по его эрекции.

Не выдержав, Арес приподнимает меня за ягодицы и, приставив крупную головку к моему текущему лону, не спеша опускает меня на себя.

— Да-а-а-а, – выдыхаю с облегчением, целуя его жадно и двигаясь медленно на источнике моего наслаждения и радости.

Я обвиваю его шею руками, прижимаюсь лбом к его горячей коже.

Арес целует меня, лаская грудь, сжимая ягодицы, покрывает влажными метками мою кожу, разгоряченную нашей близостью.

Каждый подобный момент с ним драгоценен. А теперь… я понимаю, что между нами не просто животная страсть, а нечто таинственное, священное, то, что создало внутри меня жизнь.

Сегодня муж придерживает меня, не позволяя скакать в бешеном ритме, и столько нежности и любви в его прикосновениях, что я таю и хочу плакать от счастья. И каждый его толчок внутри ощущается таким острым и насыщенным, что очень быстро я подхожу к пику и взрываюсь, сжимаясь на муже, что продолжает заполнять меня до тех пор, пока не выстреливает наслаждением, изливаясь внутрь до последней капли.

— Теперь ты моя навечно, – целует тягуче и сладко. – Даже если побежишь от меня, не отпущу.

— Не отпускай, – выдыхаю ему в губы, ощущая, как по венам растекается тепло, а сердце будто вырастает в размерах от счастья.

За стеклом автомобиля, в золотых лучах заката, наше отражение сливается в одно целое, нерушимое.

Все войны остались в прошлом. Враги понесли заслуженное наказание.

Витек не выдержал в заключении и свел счеты с жизнью. Его же дружкам там обеспечено такое пребывание, что даже ад им показался бы раем по сравнению с тем, что приходится терпеть ежедневно.

Альтман и остальные криминальные авторитеты наконец-то оставили Ареса в покое, никак не напоминая о себе, потому что мой мужчина перечеркнул всю прежнюю жизнь, навсегда завязав с незаконными делами и политикой.

Теперь, лежа на его широкой потной груди, я точно знаю, что больше никто и никогда не сможет нас разлучить, потому что, несмотря ни на что, мы не допустим этого. Мы заслужили наше тихое и такое выстраданное счастье. И никогда его не отдадим.

Конец.