Книга Двойной подарок для нового босса, страница 37 – Эйприл Янг, Ингрид Романова

Хотя мне и не приходится.

Когда я захожу в ординаторскую с широченной улыбкой, все разговоры разом смолкают, а девочки резко отворачивают головы, изображая бурную деятельность. Ага, по поеданию пирожков. Одна Анжела, которая тут как тут, точно королева расселась в кресле, где обычно сижу я и растягивает свой рот с кроваво-красной помадой.

— Всем… привет, — с заминкой произношу я, начиная раздеваться.

Молчат. Кто-то кивает едва заметно, остальные, как партизаны молчат. И это явно дело рук подружки Руднева.

— У нас коллективный заговор? — пытаюсь шутить я. — Или прослушку поставили, а я не в курсе?

— Была бы в курсе, если бы хоть иногда вылезала из койки босса, — нагло заявляет Анжела, довольное лицо которой напрашивается на кулак. Не то чтобы я была сторонником рукоприкладства, но… — Говорила же вам, девочки. Сейчас опаздывать на работу в наглую начала, потому устроит себе свободное посещение. Еще палить Рудневу начнет, кто что не так делает…

Марина

Если она думала, что я буду молчать, то она сильно ошибается. Потому что я, едва скинув пальто, подхожу к ней и резко дергаю за воротник халата, который трещит в моих пальцах по швам.

— Закрыла. Свой. Рот. Иначе я воспользуюсь своим близкимзнакомством с начальством, — не отрицаю я, потому что бесполезно, — и завтра тебя здесь не будет.

Смолкаю на несколько секунд, чтобы слова дошли до адресата, так как Анжела явно притормаживает. И когда ее глаза распахиваются, не веря, что я решусь, я ей киваю.

— Я сделаю это. Потому что у нас свои правила и дисциплина, которую нарушаешь прежде всего ты. И у нас некого, как ты выражаешься, “палить”, потому что все всё делают правильно. Да, девочки?

На короткое мгновение меня накрывает паника, что они мне не ответят. Но следом я слышу беспорядочные “да-да” и выдыхаю.

— А теперь брысь с моего места работать. Уже две минуты как пора начать обход.

— Ты… — шипит мне в лицо.

— Я. Я все равно умнее тебя и закончу в два раза быстрее, поэтому посоветовала бы тебе ускориться.

Анжела краснеет. Зеленеет. Глаза чернеют. Едва не пыхтит вся. А после, притопнув ногой на прощание, все же исчезает за дверью с бумагами. Девочки ловят мой взгляд и тут же начинают собираться, вскакивают на ноги.

— Эй-эй, допивайте чай, у нас ведь планерка? — с легкой улыбкой говорю им я. — Это новые люди не знают, но вы же помните, что наши часы, — указываю на те, что висят на стене, — на десять минут спешат?

Девочки тихо смеются, подтверждая, но смотрят все равно осторожно и с каким-то благоговейным интересом. А я понимаю, что, если хочу сохранить прежние отношения с ними, мне нужно быть откровенной.

— И девочки… — чуть смущенно добавляю я. — Я не хочу что-то скрывать от вас, но… отчасти Анжела права. Только я пока не знаю, что сказать, потому что сама не знаю, что именно происходит в моей жизни и… Так сложилось, что Сергей Леонидович отец Дани и Златы, поэтому…

— Что?

— А я-то думала, на кого он похож, ты же фотки малышей показывала!

— Какая прелесть!

— Ну он не отвертится!

— Он же признает их?

— Да-да, конечно, — краснея, добавляю я. — Просто пока все сложно. И мы не говорили им… да и вообще. Просто оставим это в этом кабинете, хорошо? Хотя бы ненадолго. Прошу вас.

— Мы могила! — отвечают мне, а следом нападают с объятиями и расспросами, от которых я краснею еще больше, и вот уже тут сама выгоняю всех на обход. А вот нечего провоцировать меня.