Книга В объятиях тёмного короля, страница 180 – Аманда Лили Роуз

Сможешь ли ты страдать из-за меня так, как страдала героиня на страницах твоей книги?

Сможешь ли ты по-настоящему нуждаться в падшем существе?

Сможет ли прекрасный ангел испытывать светлое чувство рядом с чудовищем, а чудовище забыть, кто он есть на самом деле, находясь рядом с ней? Или это возможно лишь в вымышленных историях?

Как оказалось, чудовище может. Ведь рядом с ангелом он вспомнил, что не всегда был падшим. А вот ангел… надеюсь, ты тоже смогла.

Прошу поверь мне… Я хотел оставить в твоём сердце лишь кровоточащие дыры, которые ты могла бы залечивать только моим запахом. Но если бы я знал, что вместе с ними появятся и шрамы на твоём прекрасном теле, то никогда бы не сделал этого. Никогда бы не появился у тебя на пути.

Но разве одержимый смотрит вперёд? Нет… он живёт лишь настоящим, наслаждаясь каждым мгновением.

Строки впиваются в меня, как холодные лезвия. Боль и тоска переплетаются с темной, едва скрытой страстью в каждом слове. Слёзы текут по щекам, жгучие и беспощадные, словно яд, что медленно разъедает душу. Я сжимаю конверт, но горький ком в горле сдавливает меня сильнее, не оставляя ни малейшего шанса на спасение.

Почему он не сказал мне этих слов раньше? Как бы я хотела услышать их его голосом…

— Поздравляю! – внезапно раздается громкий голос Ники, разрывая мои мысли на части.

Чёрт, я совсем забыла, что она сидит напротив, неотрывно печатая что-то в своём ноутбуке.

— Они готовы инвестировать в твою книгу! – выпаливает моя помощница, оторвавшись от экрана.

— Что?

Мои ресницы дрожат, словно нежные, обугленные крылья мотылька, и я начинаю быстро моргать, пытаясь уловить каждое слово. Ника с лёгким недоумением смотрит на меня, не понимая моей реакции. В прошлый раз, когда мы получили долгожданный положительный ответ, мы визжали и прыгали по всей кофейне, словно обезумевшие, совершенно не замечая окружающих. Тогда я и представить не могла, к чему это всё приведёт…

— Я отправила твою рукопись в издательство, и они дали тебе зелёный свет! Только нужно будет внести пару исправлений.

— Нет! – вырывается у меня, словно болезненный крик.

— Нет? В смысле, Энджи? Ты точно расслышала то, что я сказала тебе? Тебе сказали… Да.

— Нет! Я этого не хочу!

Отрицательно мотаю головой и инстинктивно прижимаю к себе стопку листов, словно защищаю самое сокровенное от посягательств. Ника смотрит на меня с растущим недоумением, её большие серые глаза вспыхивают раздражением.

— Ты с ума сошла? – глаза Ники сверкают упрёком. – Тебе дают шанс, а ты отказываешься?

— Да, я отказываюсь, – спокойно отвечаю, не отводя взгляда.

— Но почему? Назови хоть одну причину!

Я сжимаю в руках стопку листов, словно пытаюсь удержать себя от взрыва эмоций, слыша такие резкие нотки в голосе своей помощницы.

— Потому что это моя рукопись… Она слишком личная. Я не хочу выставлять её на всеобщее обозрение! Она моя…

Ника горько смеётся, перебивая меня:

— Ты издеваешься, Энджи? Зачем ты тогда вообще писала, чтобы она пылилась у тебя в шкафу?

— Я сказала нет! – резко отвечаю я, отшвыривая свой взгляд в сторону, не желая продолжать с ней этот бессмысленный спор. – И не называй меня больше так! Мое имя – Ангелина!

Я вскакиваю с места и начинаю суетливо собирать свои вещи, бросая в свою сумку бумаги и ручки. А потом хватаю рукопись, крепко прижимая ее к своей груди и иду к выходу из кофейни.