Книга Отец подруги. Запретные желания, страница 65 – Лана Пиратова

— Ты правда все с ней? Я так скучала! Все думала вернуться… к тебе…

И потом звуки поцелуев.

Сердце останавливается. Дышать не могу и приоткрываю рот, чтобы хоть глоток воздуха сделать.

— Никто тебе не заменит меня, любимый… — опять ее хихикающий голос.

Мужской неразборчивый хрип.

Ник.

Но я все равно решаюсь посмотреть. Хотя боль все острее и острее. Как ножом по самому сердцу.

Зажмуриваюсь, оглушаемая звуками поцелуев и хихикания и тихих стонов. Считаю до трех. Открываю глаза и аккуратно заглядываю в небольшую щель.

И сердце окончательно останавливается и камнем падает вниз. Не чувствую тела. А в голове словно молотком стучит.

Я вижу со спины бывшую жену Ника. Она сидит на ногах мужчины и его сильные руки обнимают ее. Они целуются.

Я не вижу лица Ника и это хорошо.

Я не выдержу.

Но то, что это он, я не сомневаюсь. Это его дом. Его кабинет. Его жена…

И я…

«Добро пожаловать в клуб»…

Затыкаю уши руками, боясь снова услышать признания. Разворачиваюсь и бегу прочь.

Распахиваю глаза и как будто просыпаюсь. Хотя почему «как будто»? Действительно, просыпаюсь после долгого сна.

Но сколько я спал?

Вдыхаю побольше воздуха и оглядываюсь.

Все белое кругом. Писк неприятный сбоку. Поворачиваюсь к окну и щурюсь от солнечного света.

И радуюсь. Как ребенок радуюсь ему.

Дверь в палату открывается и заходит доктор. Его я помню.

— Здравствуйте, Николай Евгеньевич, — произносит ровным голосом. — Пришли в себя? Как самочувствие?

Доктор подходит ко мне и что-то смотрит на приборах, стоящих рядом.

— Как Лика? — мой первый вопрос и я даже пытаюсь приподняться на локтях.

Но тут же чувствую короткую, но острую боль в боку и бессильно опускаюсь на спину. Прикрываю глаза.

— Николай Евгеньевич, вам пока рано вставать. Лежите, — доктор кладет мне на плечо руку. — И никаких волнений. С вашей дочерью все хорошо. Все прошло даже лучше, чем мы предполагали. Вас, я думаю, мы выпишем через недельку, а Лика пока полежит у нас под наблюдением.

— С ней все в порядке? — повторяю я, глядя на него.

— Да, — он чуть улыбается. — Все прошло без негативных последствий. Ваша дочь сможет жить обычной жизнью. Это никак не отразится на ее здоровье. Да и на вашем тоже. Главное соблюдать некоторые правила. Но это мы все потом обсудим с вами, а пока отдыхайте. Вам нужен отдых.

— Телефон, — прошу я и облизываю пересохшие губы.

— Что? — не понимает доктор.

— Телефон мне принесите. Мне надо позвонить.

— Я бы не рекомендовал вам…

— Мне надо позвонить, — цежу я уже тверже и, скомкав в кулак простыню, на которой лежу, жестко смотрю на него.

— Я понял. Не нервничайте только, — успокаивает меня доктор. — Сейчас я скажу, чтобы вам принесли ваш телефон.

Я просто молча киваю и расслабляюсь. Опять прикрываю глаза. Слышу, как доктор уходит и закрывает за собой дверь.

Какая же, сука, слабость! Никогда еще так херово себя не чувствовал!

Но я должен позвонить Птичке! Теперь можно.

Как она там? Скучала, интересно?

И невольно улыбаюсь, представляя свою Птичку. Как же я по ней соскучился!

Так и вижу перед собой ее лицо с нахмуренными бровками. Обиделась наверняка. Ну, ничего. Сейчас можно ей все рассказать. Сейчас можно. Когда все позади.

Птичка моя… моя девочка…

Улыбаюсь и опять проваливаюсь в сон. Представляю перед собой Владу и проваливаюсь в темноту.