Книга Винченцо. История страсти, первая часть, страница 40 – Мэри Джей

Никогда ранее я не желал женщину так сильно, как желал Эстель. Она словно наркотик. В чем я отлично разбирался. У семьи Гуэрра лучшие лаборатории в Европе и даже Азии, мой наркокартель был первым среди всех остальных. В юношестве я баловался этой грязью. Лучиано порой позволял мне, что было ему не свойственно. Он обычно был очень строг, но он всегда говорил «лучше попробуй со мной, и я прослежу, чтоб ты не перешел грань, чем за моей спиной, доведя себя до передозировки». Но Дон Адольфо и его вездесущее око прознали о моих проказах, и я никогда не забуду этот день и не прикоснусь больше к товару, который продаю. Отец избил меня до полусмерти, мне было 19 лет. Я только окончил закрытую школу, во мне кипел юношеский максимализм, и я все еще оставался под впечатлением Кубы. После месячной реабилитации отец зашел ко мне в палату и произнес лишь одно предложение «Использование наркотиков — это не проявление силы, а признак слабости ума». Это было хуже его избиения. Я бы предпочел еще пару пощечин этим словам. В семье Гуэрра из покона веков, было вне гласное правило, которое гласило «мы не травим свои умы и тело тем, что продаем». Я нарушил закон и получил наказание. Потом я спрашивал отца, почему членам группировки разрешено пользоваться товаром, а нам нет, на что он ответил «они лишь солдаты, которых нужно подпитывать, Винни, им нужно топливо, чтоб творить достаточно беспредела на улицах Неаполя, но мы не они, мы не пешки, мы короли». Закрытая школа знатно выбила меня из обычного ритма Коморры. Но сокрушительные удары отца, который использовал не только силу руки, но и костета, быстро привели меня в строй.

Я взъерошил волосы на голове, прогоняя воспоминания. Эстель все это время стояла и смотрела на меня, словно пытаясь прочитать мои мысли, которыми я ни с кем не делился.

— Я обязательно трахну тебя еще, stella mia, но нам пора одеваться, мне нужно кое-что уладить!

С этими словами я направился в душ, чтоб облегчить свой снова появившийся железный стояк.

Эстель

Я осталась в комнате, и начала рассматривать квартиру в свете солнечного света. Холостяцкая берлога Винченцо представляет собой стильное жилище, сочетающее элегантность и функциональность. Вход в квартиру вел в просторный холл, где на полу расстилался мягкий ковер с темным геометрическим узором. Сразу бросалось в глаза большое зеркало с массивной рамой, создающее ощущение простора. Гостиная оформлена в теплых оттенках — бежевом и коричневом. Мягкий кожаный диван и несколько комфортных кресел расставлены вокруг стеклянного журнального столика. На полу лежит шикарный шерстяной ковер. Кухонный уголок выдержан в современном стиле: стальная бытовая техника, полированные поверхности, мраморный камень на столешнице. Завтраком можно наслаждаться на высоких барных стульях, оформленных в черно-белой гамме.

На стенде в углу были разные фотографии, в основном семейные. На одной фотографии Винченцо был довольно молод и рядом с ним стоял мужчина, чем-то похожий на Адольфо, но выше и массивней. Мужчина был бесспорно красив, только с глазами, как у маньяка-убийцы, выворачивающим душу наизнанку. Голубизна глаз мужчины вводила в ступор и страх. Он обнимал Винченцо, как-то по отцовски и ухмылялся на камеру. Винченцо же смотрел на объектив камеры полным гордостью взглядом.