Книга Развод. Семья вдребезги, страница 47 – Тала Рид, Марита Рэй

— Давай, защищай ребенка от своей мертвячины, он же твой идеал!

— Тварь, — сипит. — Я бы сейчас тебя так отходил по наглой морде, но не стану марать руки. Даю полчаса, чтобы исчезнуть. Буду громко смеяться, когда ты своими тугими мозгами разберешься, в чей колодец харкнула. Осталась ты, Марьяна, на бобах… у тебя за спиной нет абсолютно ни-че-го! Наслаждайся, — швыряет в мою сторону стакан, который пролетает рядом с головой, разворачивается и направляется к выходу...

— Илья, умоляю, прошу, не выгоняй меня! Куда же я пойду. Не ведись на происки врагов, — плачет Раиса.

Любовница, обычно такая аккуратная и ухоженная, выглядит, словно пробежала многокилометровый марафон, но вместо финишной ленты ее встретил палач. Ее волосы растрепаны, а макияж, размазанный по лицу, напоминает скорее карикатуру на саму же себя.

Рая настолько уязвима и беспомощна, что закрадывается мысль, а не влюблена ли она в собственного мужа?

— Тебе самой не смешно? Вслушайся в то, что несешь! Имеются все доказательства бесчисленных измен, фотографии, аудио. Андрей с пистолетом у виска заставлял трахаться? Под угрозой смерти хлестала шампанское и звала меня лопухом? — издевается. — Я не знаю, кто в своем уме поведется на подобные речи. Прости, Раиса, но ты действительно переоценила свои умственные способности и силу обаяния. Завтра же подаю документы на развод, говорить здесь не о чем, — отрезает брат.

Я сижу и молча наблюдаю картину семейного скандала.

Проклинаю себя за то, что все-таки приехал к Рае, а не остался дома, попытавшись успокоить Элину.

Что же теперь будет?

А если узнает отец?

— Пожалуйста, дай мне шанс, всего один, я стану святой, буду молиться на тебя и во всем слушаться, — выпрашивает прощения любовница.

— Собралась? — рычит Илья. — На выход! Не заставляй силой выталкивать, как Марьяну, будет жестко. Мое терпение заканчивается, просто свали, пока цела и невредима.

Рая начинает громко плакать.

— Почему ты молчишь? Засунул язык в жопу и делаешь вид, что не касаются проблемы, — делает выпад в мою сторону истеричка. — Именно ты принуждал изменять, я ведь не хотела, говорила, что люблю Ильюшу. Настаивал! Угрожал!

Ничего не отвечаю.

Любовница лжет: чего только стоит ее дефиле в моем офисе с оставлением трусиков на столе, но я принимаю решение не говорить об этом брату, чтобы не распалять его еще больше.

Он и так взбешен.

Если уж мать вышвырнул без церемоний, то нам с Раей и вовсе может не поздоровиться.

В этот пожар опасно подбрасывать дрова.

Рванет так, что никто костей не соберет.

— Успокойся, дорогая. Мачо Андрей Марьянович не способен тебя защитить, только изредка прокатить на банане. Подожди его у подъезда, скоро вылетит следом, птенчик. Выпьете виски, отметите свободу.

Раиса вспыхивает, резко разворачивается и, прихватив только дамскую сумочку, выбегает из квартиры.

Илья исчезает в спальне, и буквально через минуту появляется с шубой в руках. Той самой, которую я купил любовнице. Распахивает дверь и вышвыривает верхнюю одежду в коридор:

— Манто из Чебурашки забыла! Зря, что ли, трудилась? Забирай бонус.

Брат возвращается и ехидно произносит:

— Не знаю, где ты взял ты эту плешивую шубейку, но мех — явный фейк. Не ценишь даму сердца, экономишь. Нехорошо, — стебется.