Книга Развод. Семья вдребезги, страница 39 – Тала Рид, Марита Рэй

Сначала захотелось вмазать в морду. Без промедления.

И ей и ему.

Но… что это даст?

Истерия для малолеток и лохов.

А мне хотелось мести. Подать блюдо холодным, чтобы жрали и давились.

Лишить Андрея бизнеса, который сам же и помогал строить, и оставить не только без семьи, но и без штанов.

Элину жаль. Безумно. Долго думал, говорить или нет об изменах ее муженька, но решил не вмешиваться на данном этапе. Ваня слишком маленький, и, как знаю, достаточно болезненный, и в первые месяцы после рождения ребенка, ей просто было не до развода и скандалов со скотом.

Но сколько веревке не виться…

— Илья, мой муж спит с твой женой, — сипло прошептала сегодня в трубку. — Это сто процентов. Я собираюсь подать на развод. Не знаю, как ты поступишь, но надеюсь, что разберешься с предателями. У меня нет на это сил и энергии.

Разговор вышел сумбурным, но стало очевидным, что пора заявить обо всем, что мне известно.

За это время я собрал кучу доказательств в неверности жены, подготовил документы, которые пьяная дурочка Рая не раз подписывала, не понимая, что отказывается от многого, на что рассчитывала. Практически довел свой план до конца, который был направлен на то, чтобы лишить Андрея компании.

Ему еще предстоит узнать, с кем он заключал контракты в состоянии эйфории, и отхватить последствия за все, что устроил.

Потерять Раису не страшно.

После всего, что открылось — мне мерзко видеть ее рожу. Секса у нас практически не осталось, не считая те разы, когда использовал ее, как вещь, просто между прочим, и, признаться, скорее, чтобы унизить, чем доставить удовольствие.

Закончив разговор с Элиной, я решаю поехать домой.

Никакой командировки не было. Более того, именно сегодня я планировал заявиться под утро, застукав парочку Иуд на горячем, забить, как говорится, последний гвоздь в крышку гроба нашего с Раей брака. Но ситуация круто изменилась.

Голубки спалились.

Открываю тихонько замок и слышу разговор из кухни.

Марьяна что-то вещает, как обычно обливая Элину, а я лишь морщусь от той грязи, которая сочится из ее рта.

Сволота.

Еще одна неблагодарная тварь.

Полжизни я выслушивал, какая моя мать дрянь и блудница, и только когда достиг того возраста, когда смог постоять за себя, утихомирил суку, предупредив, что если еще хоть раз откроет пасть в ее сторону — прикончу.

Моя мать — первая жена отца.

Не проститутка, не падшая, и не наркоманка, как любила рассказать Марьяна. Обычная женщина. Когда мне было четыре, она заболела и в скором времени скончалась. Родители матери к тому времени уже были на том свете, но еще при жизни оставили ей наследство, которое она переадресовала мне, указав, что воспользоваться деньгами могу лишь по достижении восемнадцати лет.

Думаю это и было тем самым фактором, который сдерживал Марьяну от тотального гнобления в мою сторону, причиной, по которой не вышвырнула в детдом.

Я никогда не нуждался в ее любви, даже будучи ребенком и подростком, но ощущал, что Андрея она любит гораздо больше. В отличие от мачехи, отец не демонстрировал разницы между мной и братом, и всегда ко мне относился со всей душой и любовью.

И вот опять.

Я захожу на кухню и слышу, как Марьяна поливает помоями мать.

На пару с Раей, которая наставила рога, пытается очернить честь и достоинство человека, которого давно нет в живых.