Книга На адреналине, страница 98 – Кира Оллис

Плевать на размер этого недоноска. Сам факт, что у них со Стоуном всё-таки что-то было, вгоняет в лютую злобу.

— Глупый, ты не понял. – Адри треплет меня по плечу, как щенка. Этот жест, по всей вероятности, должен утешить? – Я его не видела. Мне Николь сказала. Она видела.

— Ты издеваешься? Вы ещё и парней пополам делили?

— Нет. – Она обхватывает ладонями моё лицо, поворачивая к себе. – Томас был у неё на съёмках.

Кто бы мог подумать, что я готов пасть к её ногам от одной только улыбки и простить всё на свете. Вечно бы смотрел на неё.

— Значит, тебя смешат крохотные члены? – лукаво улыбаюсь. – Тогда спешу огорчить: со мной тебе придётся постоянно грустить.

Адриана так забавно смущается. Красноватыми пятнами зарделись теперь не только щёки, но и часть шеи. С шумным выдохом она ложится обратно.

— Выходит, у нас теперь тайная связь?

— Звучит возбуждающе, – ухмыляюсь я.

— Дурак! – уже по привычке шлёпает меня по плечу. – Я на полном серьёзе, Киллан. Пока у твоего отца предвыборная компания, даже речи быть не может о том, чтобы кто-то узнал.

Набираю в лёгкие воздух, который оседает в них плотной массой. Не успел решить одну проблему – возникла новая. Об отце я подумал бы в последнюю очередь. Если откровенно, меня беспокоил только Доминик, но Адриане знать об этом вовсе необязательно. Вряд ли она догадывалась о его далеко недружеских намерениях.

— Выборы состоятся почти через год, Адри.

— Всего через год.

— Через целый год! – возражаю я. Не хотелось бы тянуть так долго. По моим расчётам, я смог бы подготовить Доминика постепенно за пару недель. В крайнем случае, месяц. Но год?

— Заодно проверим, действительно ли между нами то, что мы думаем, – вставляет она. – Может, и рассказывать никому ничего не придётся.

— Не-а, исключено.

— Откуда такая уверенность?

— Ты уверена, что хочешь учиться на дипломата?

— К чему это вообще?

— Ответь.

— Нет.

— А в том, что рисовать нравится, уверена? – задаю наводящие вопросы, чтобы она больше не вздумала сомневаться.

— Уверена, – притихает Адри, поняв цель моего интервью.

— Вот и я уверен.

В палате воцаряется умиротворяющая тишина. Каждый из нас переваривает сказанное и услышанное, и спустя пару минут меня начинает клонить в сон.

— Тебе пора уходить. Уже почти семь. – Адриана тормошит меня, и я нехотя сползаю с кровати, потирая глаза.

Обернувшись, вижу, что она за мной наблюдает с неприкрытым интересом, натянув простыню по самое горло. Ждёт. И я даже знаю что. Довольно улыбаюсь, как облопавшийся кот, и, спешно наклонившись, смачно целую её.

— Киллан, пока никто не должен знать, умоляю. Стать для твоих родителей позорным пятном – самое худшее, чем я могу им отплатить за всё.

— Кстати, ты мне задолжала несколько недель уборки и завтраков, – говорю уже в дверях, никак не комментируя её просьбу. Обсудим чуть позже. – С нетерпением буду ждать в своей комнате.

Адриана

Ближе к вечеру у меня порядком разыгралась тахикардия. Волнение от предстоящей встречи с Килланом приобрело такие формы, что я всерьёз обдумывала варианты продления своего пребывания в клинике. Вдруг меня неслабо приложили головой об землю, и всё, что происходило в палате – плод моего воспалённого воображения? Бесчисленные поцелуи до саднящих губ, жадные касания его ладоней, взгляд, полный такой гаммы чувств, что мне стало страшно. Страшно от того, что это всё испарится, как только Кроу проспится, и поймёт, что наворотил дел.