Книга Папа для мамонтенка, страница 41 – Аня Истомина

— Кот, ты с ума сошел? – хмурится Любимова. – Давай все сделаем по-тихому.

— Ты думаешь, что слухи не разнесутся? – усмехаюсь.

— Да я же даже фамилию не буду менять и никто не догадается. – спорит она.

— Ага, ты простая такая, – фыркаю, закатив глаза. – В свидетельстве об усыновлении мы оба будем вписаны. В отделе кадров у нас не слепые работают.

— Да блин, – Люба даже притормаживает на ходу. – Кот, генерал тебя и правда убьет.

— Ну, может, если будут платье и фата, то не убьет? – подмигиваю ей и галантно открываю дверь машины.

— Тогда меня убьет моя мама, – закатив глаза, усмехается Люба и залезает в салон.

— Это почему? – хмурюсь.

— Ну, она предпочитает знакомиться с моими женихами не за два дня до свадьбы.

— А за ребёнка не убьет? – уточняю с интересом. – Мне кажется, это куда более сумасшедший шаг, чем свадьба.

— Не убьет, – хмуро усмехается. – Но, если что, я скажу, что это твой ребенок от первого брака.

— Вот ты лиса хитрая, – захлопываю ее дверь и прыгаю за руль.

Едем какое-то время в тишине. Размышляю о том, что быть выращенным матерью-пофигисткой не так-то уж и плохо.

— Люб, – улыбнувшись, зову Любимку. Подмигиваю, когда она оборачивается. – А ты скажи, что это приказ старшего по званию.

— Хочешь, чтобы теща тебя ненавидела? – фыркает она, сдерживая улыбку.

— Да я серьезно. Ну, поехали, познакомимся с мамой твоей.

— Нет, Кот, я не готова! – выдыхает Люба испуганно.

— Капитан Любимова, это приказ. – повышаю голос и чувствую, как в душе зажигается азарт.

Даже не думал никогда, что можно хапнуть драйва от знакомства с мамой невесты.

— Тимур АЛЕКСЕЕВИЧ, это злоупотребление должностными полномочиями! – возмущается Люба, вставая в глухую оборону, а я делаю брови домиком. – Нет, нет и нет!

Вздыхаю тяжело.

— Вот такой ты друг, Люба, – качаю головой. – Удочерю я Катюлю. Женщины будут от меня шарахаться, как от огня. Потом Катя вырастет, уедет учиться куда-нибудь. А я останусь совсем один. И даже свадьбы у меня не будет нормальной. Буду помирать – вспомнить будет и нечего.

— Тимур… – с удивлением отмечаю, что голос Любы дрогнул. – Ты что говоришь-то такое?

— Ну, у Николая Егоровича как-то так и было, – пожимаю плечами.

— Николай Егорович, слава богу, жив, здоров и женился, – сердито смотрит на меня Любимова, а я прикуриваю, чтобы скрыть улыбку. – И детей нарожал.

— Это ему просто повезло встретить женщину адекватную. И помощники были. А у меня кто? Никого.

— Да я тебе буду помогать, не переживай. – успокаивает меня Люба.

— Да я не переживаю, – усмехаюсь. – Как говорится, боишься – не берись, взялся – не бойся. Я просто констатирую факт.

— Ты крест на себе ставишь, – спорит Люба. – Зачем такие жертвы? Давай Катя со мной останется.

— Нет, Любимка, – хмыкаю наигранно бодро. – Переживу я без жены, без домашнего уюта, да и без свадьбы. Давай, что ли, пиццу купим? – замечаю в окно кафе у дороги и сворачиваю.

— Угу, – отзывается Люба хмуро.

Выхожу из машины и покупаю пиццу с ананасами и колу для Любимки, себе с морепродуктами и фанту.

— Ммм, с ананасами, – улыбается Люба, когда открывает свою коробку. – Обожаю.

— Приятного аппетита, – запихиваю в рот кусок тонкого теста с песто и креветками.

— Спасибо, – отзывается Любимка с набитым ртом.