Книга Не рыцарь из прошлого, страница 4 – Аня Истомина

Она всегда была за нас горой. И отстаивала перед учителями и папой, даже если мы где-то косячили. Вот в такой любви должна расти и моя дочь, а не видеть, как отец бьет мать и, не дай бог, ее саму.

Кстати, Пашка очень нравился моему папе. Я так и не смогла рассказать ему правду, почему мы расстались. Соврала, что это я его бросила. Лишь Арина знала правду, и то, только потому, что у нас были общие друзья.

Подъезжает автобус. Вздохнув, встаю с лавочки и, снова отгоняя неприятные воспоминания, захожу внутрь. Душновато, поэтому снимаю шарф и достаю телефон, чтобы почитать книгу. То и дело ловлю на себе пристальные взгляды какой-то женщины. Не люблю, когда посторонние интересуются моей беременностью, не даю трогать живот и сейчас ставлю сумку так, чтобы его прикрыть, но все равно сижу, как на иголках.

Дочь будто чувствует мое волнение и начинает толкаться. Мысленно успокаиваю ее и резво подпрыгиваю с места, когда доезжаю до своей остановки. Автобус неожиданно дергается. От резкого движения едва не падаю, чудом хватаюсь рукой за поручень.

— Куда прешь, придурок? — слышится несдержанный возглас водителя.

Наконец, выбравшись на улицу, перевожу дух и иду в сторону дома. Бок неприятно саднит. Кажется, потянула мышцу случайно. Я вообще уже сейчас чувствую себя переспелым арбузом, который треснет от любого неосторожного движения. Я недавно чихнула и думала, что рожу. Даже представить страшно, что будет к девятому месяцу.

Когда добираюсь до дома, все неприятные мысли отступают на задний план.

— Спорт беременным полезен, — уговариваю себя тихонько, шагая по крутым лестницам и на ходу расстегивая пальто. Еще неделю назад было значительно легче. — Главное, не описаться.

Облегченно выдыхаю, останавливаясь на своем этаже и доставая ключи от квартиры.

— Ира! — тут же вылетает с кухни сестра и пугает меня своим громким шепотом и выпученными глазами.

— Блин! — вздрагиваю, быстро скидывая обувь. — Подожди, мне в туалет надо.

— К нам Пашка заходил, — продолжает она.

Замираю, забывая про то, что торопилась секунду назад.

— Зачем? — хмурюсь.

— Поздороваться типа. — шепчет она. — С мамой поболтал. Расстроился, что папа умер. Номер твой просил.

— Дали? — сглатываю.

— Мама дала, — пожимает Арина плечами. — Но, попросила до родов тебе не звонить и не волновать.

— Ну, хоть про то, что я развожусь, не сказали? — вздыхаю сердито.

— Нет, не переживай. Он уезжает, представляешь? Моряком устроился. Будет канал свой вести, показывать жизнь на корабле.

— Скатертью дорога, — усмехаюсь и, наконец, бегу по своим беременным делам.

— А вот мне кажется, — продолжает сестра, когда я захожу в нашу комнату и ложусь на диван, — что он номер твой просил не просто так.

— Конечно не просто так, — закатываю глаза. — Подписчиков ведь надо как-то набрать на канал.

— Ну, что ты злишься? — Арина сидит на диване напротив и смотрит на меня серьезно. — Может, он все осознал и хотел помириться?

— Ариш, — усмехаюсь, глядя на нее. — Я, как бы это сказать? — показываю на живот. — Беременна немножко.

— Да любит он тебя, — сердито фырчит она, как ежик. — И Пашка другой. Мне кажется, ему и чужой ребенок не помеха.

— Когда кажется — креститься надо, — зеваю. — Если ты забыла, как мы расстались, то я нет. Мне не надо ничего от него. Пусть едет в свой рыболовецкий круиз, женится там и своего родит.