Книга Не рыцарь из прошлого, страница 9 – Аня Истомина

— Ой, делай как знаешь, упрямая, — недовольно отмахивается мама, понимая, что если я что-то решила, то спорить со мной бесполезно.

На следующий день мы с дочерью идём в больницу проходить врачей. Чувствую душевный подъём. Никому об этом не рассказываю, но садик — это как глоток воздуха для меня сейчас, потому что два года без отдыха я боролась с диагнозами, которые мы заработали из-за преждевременных родов.

Хорошо быть идеальной мамой, когда у тебя здоровый ребёнок, а когда твоему малышу любое достижение даётся в три раза труднее, когда то и дело происходят откаты и приходится начинать заново, а все вокруг смотрят на тебя как на непутёвую мамашу, которая запустила ребенка, очень хочется переключиться.

Я безумно люблю свою малышку, но я очень устала. К счастью, она уже почти догнала деток ее возраста, но теперь между мной той, какой я была два года назад, и той, которую я вижу в зеркале сейчас, пропасть. Я просто выжата морально и физически, но признаться в этом могу только себе, потому что грех жаловаться: моей дочери могло вовсе не быть.

И пускай мне кажется, что я растеряла весь свой мозг за время декрета, я всё равно хочу выйти на работу, хотя бы на неполный день, просто сменить обстановку и почувствовать себя не только мамой, но и специалистом и, в конце концов, снова женщиной.

Мне не нужны отношения, но я очень соскучилась по общению с коллегами и работе с людьми.

Возвращаясь из больницы, неторопливо прогуливаемся с дочерью по аллее вдоль дороги. Сейчас она зависла возле кустов с белыми ягодами-хлопушками, и я не тороплю её, давая возможность поиграть. Помогаю нарвать ягод и смотрю с каким интересом Соня их кидает, а потом догоняет и давит своими крохотными ботиночками.

Когда звонит телефон, оставляю дочку наедине с её увлекательной игрой и смотрю на экран. Это бывший муж. Со вздохом закатываю глаза, но всё же отвечаю на вызов.

— Привет. Вы где? Я хочу взять Соню погулять на пару часов. — бросает он холодно в трубку.

Мне не хочется, чтобы он забирал Соню. Я каждый раз волнуюсь, отпуская ее с ним, но по голосу Глеб трезвый и я не имею права препятствовать. В конце концов, он отец и даже платит алименты. Да и берёт её не так уж и часто чтобы из-за этого раздувать конфликт. Мне достаточно было нервов после родов.

— Мы как раз гуляем недалеко от дома, — вздыхаю.

— Ждите, через двадцать минут приеду, — бросает и отключается.

— Сонечка, пойдём на площадку, папа едет. — зову дочку.

— Папа? — уточняет она у меня с интересом.

— Да, папа, — киваю и сажаю её в коляску.

Хорошо, что сейчас она уже достаточно подросла, чтобы запомнить его. А раньше мне приходилось гулять вместе с ними, потому что без моего присутствия Соня пугалась и плакала.

Когда Глеб подъезжает, мы уже успеваем покормить голубей остатками булки, купленной в магазине неподалёку, и покачаться на качелях.

— Вы где будете? — уточняю у бывшего мужа, передавая ему ребёнка.

— Какая разница? — цедит сквозь зубы, глядя на меня свысока.

— Потому что я должна знать, где мой ребенок, — возмущаюсь.

Обычно мы с Глебом стараемся спокойно говорить только по тем темам, которые касаются Сони, но сегодня он явно не в духе.

— К бабушке в гости пойдём, — всё же нехотя сообщает он мне свои планы. — Часа через два-три привезу.