Книга Как приручить альфача, страница 91 – Аня Истомина

Позже, получив кучу поздравлений и пожеланий, я целую Наташку и, оставив ее на своих родных, выскальзываю из-за стола на вечернюю улицу подышать воздухом.

Основная часть уже позади, теперь мы все просто душевно общаемся. Гости, выпив и закусив, расползаются по кучкам. Полкан болтает с Зайцем о чем-то, ребята включают музыку громче и окучивают медсестричек.

Костян в одиночестве занимается костром и бросает на меня быстрый взгляд, когда я подхожу к нему.

— Иди поешь, – киваю ему на беседку.

— Да я уже тут наелся, – усмехается он, переворачивая мясо.

— Ну, а что тогда такой кислый? Хочешь, я тебя у полкана отпрошу? Найму ему трезвого водителя.

— Да не, нормально все, – отмахивается Тазз, поднимая со снега колу и салютуя ей. – Совет да любовь, товарищ командир.

— Спасибо, – хлопаю его по плечу.

— А как ты понял, что вот эта женщина – твое? – уточняет он, задумчиво помешивая кочергой угли.

— Мне ее глаза понравились, – подумав, пожимаю плечами, а Костян вскидывает на меня настороженный взгляд.

— И все? – подозрительно хмурится.

— Ну, сначала да. Я взгляда от ее глаз отвести не мог. Шел к другой бабе на свидание, а мысленно хотел эту. Сразу, с первого зрительного контакта. Ну, а потом я понял, что просто не могу с ней расстаться. Вот бесит сучка, убить готов, а уйти не могу. Так и сдался. – вздыхаю с усмешкой. – А что?

— Не, просто интересно, – тут же переводит тему Тазз, а я подозрительно щурюсь, но ничего не спрашиваю.

Признаться самому себе, что ты попал, очень не просто на самом деле. Ты можешь до последнего отрицать свои чувства, но рано или поздно они прорываются лавиной и сбивают с ног, не оставляя пути назад и кардинально меняя привычную жизнь.

Из беседки доносится нестройный хор голосов под популярный хит двадцатилетней давности.

— О-о-о, – усмехаюсь, – пошла жара.

Дверь открывается, и из нее вываливаются мужики толпой.

— Теть Наташ, пошли. Салют в твою честь сделаем. Ты стреляла когда-нибудь из ракетницы? – балаболит Скромник, доставая из кармана ракетницу.

— Нет, – округляет глаза моя жена, глядя на него.

— Пошли, пошли, сейчас научу, – тащит он ее за руку.

— Так, ты мне жену не уведи случайно, – бросаю им вслед и подмигиваю Наташке.

— Ветров, – окликает меня полковник, почти выпадая из двери. – Иди сюда, бить буду.

— За что, товарищ полковник? – усмехаюсь, когда он буквально виснет на мне, обнимая и хлопая по спине.

— Я вам подарок с Натальей подарил? – спрашивает строго.

— Так точно, – улыбаюсь, придерживая его.

— Ща еще один подарю, – хмыкает он загадочно, копаясь в кармане. – Держи.

Мне в руку ложатся… новые погоны.

Растерянно смотрю на них, а затем поднимаю взгляд на Анатолия Михайловича.

За спиной свистит выстрел из ракетницы и бахает, освещая ночное небо красным.

— Да ладно? – выдыхаю.

Мои документы на должность командира учебной части завернули по неизвестной причине. Не сказать, что я сильно расстроился, но все же осадочек остался. Да, я был рад, что мне не придется бросать своих ребят, но амбиции требовали реализоваться не только как командиру отряда. Хотелось уже какого-то роста, но я решил подумать об этом попозже, после появления ребенка. А теперь… на тебе.

— Я говорил, что скоро пойду на пенсию? Говорил. Кто-то же должен вместо меня этих бестолочей уму-разуму учить, – пьяно улыбается полкан. – Да, Емельянов? – повышает голос.