Книга Как приручить холостяка, страница 31 – Аня Истомина

— Да я сам сделаю, – усмехаюсь.

— Нуу, – пожимает она плечами, – тогда проходите.

— Да я, как бы, уже прошёл, – улыбаюсь. – Давай ногу посмотрим.

— Можно я сначала в душ схожу? – вздыхает Елена Александровна и пытается меня обойти, но я подхватываю её на руки. – Ой, отпустите, не надо!

— Ой, да ладно тебе, – закатываю глаза и несу её ванную.

— Да мне нужно взять то, что вы мне принесли! – вижу, что она смущается.

Да, по телефону гораздо проще разговаривать о таких вещах видимо.

— Да принесу я тебе твои прокладки, – вздыхаю, а Елена Александровна краснеет.

Ставлю её на пол в ванной и не случайно проезжаю ладонями по покатым бёдрам. Так уж получается, что я оказался близко лицом к её шее и сейчас чувствую яркий, насыщенный, женственный аромат её кожи. Вдыхаю поглубже и чувствую в штанах напряжение. Удивлённо хмыкаю и отстраняюсь.

Выйдя из ванной, поправляю вставший член и понимаю, что по-хорошему бы мне стоило уйти, но…

Но я понимаю, что нужно проверить ногу моего недоразумения. Да и жрать она в таком состоянии себе не приготовит. А я, вроде как, причастен к тому, что она на больничном.

Достаю из пакета прокладки и отношу Елене Александровне. Молча кладу на стиральную машинку.

— Если нужно будет потереть спинку – зови. – усмехаюсь и закрываю дверь, слушая из-за неё тихое бурчание.

— Че, потереть, говоришь? – распахиваю дверь обратно, а Елена Александровна буквально отпрыгивает от неё.

И я, с одной стороны, просто стебусь, а с другой – хочется зайти обратно и что-нибудь сотворить безумное. Эта фурия какая-то сегодня загадочно притягательная.

— Кирилл Александрович, прекратите свои дебильные шуточки, – возмущается она и хлопает у меня перед носом дверью, закрываясь на защёлку.

— Недотрога, – вздыхаю, а после ухожу на кухню.

Я купил замаринованный кусок мяса, гречку и овощи для салата. Поставив варить крупу и закинув на сковородку свинину, занимаюсь салатом. Помидоры-огурцы, кинза, красный лук – красота! Туда же брынзу кубиками.

Кожей чувствую на себе взгляд и оборачиваюсь на вход. Елена Александровна стоит, прислонившись плечом к стене, и с нечитаемым выражением лица наблюдает за мной.

— Прыгай в комнату, сейчас приду ногу осматривать, – вздыхаю, глядя на уже заколотые волосы. Спрятала такую красоту.

— Да давайте здесь, – предлагает она и хромает на кухню. – А я вам чем-нибудь помогу.

— Садись, помощница, – усмехаюсь. – Будешь помогать есть.

Сполоснув руки, достаю из аптечного пакета гель от ушибов и присаживаюсь перед Еленой Александровной. Ставлю ее ногу себе на колено и задираю штанину повыше.

— Да, – вздыхаю, глядя на подспавший отек и расползшийся синяк, – везучая ты, конечно. – Да уж, “везучая”, – кисло усмехается фурия.

— Если бы не сапог, ты бы полгода на костылях хромала. – выдавливаю на пальцы гель и, стараясь не давить, щедро размазываю его по голеностопу. – Так что, считай, что везучая. Все, сиди, попозже забинтуем.

Встаю и, смыв гель с рук, ставлю на стол тарелки, на которые выкладываю гречку и сочное мясо.

— Странно, что вас еще никто не прибрал к рукам, – смотрит на тарелки Елена Александровна с интересом и усмехается. – Такой хозяйственный мужчина пропадает.

— Я не пропадаю, – сажусь напротив нее. – Я наслаждаюсь одиночеством. Так что, не надейся даже.