Книга Как приручить холостяка, страница 24 – Аня Истомина

14. Ненасытная

Правда, голос ее звучит уже не очень уверенно. Со вздохом заглядываю обратно.

— Елена Александровна, я должен тебя предупредить, что очень злой, когда голодный. Сейчас я голодный как волк. Это точно очень срочно?

— Мне нужно в ванную, – женщина спускает ноги с кровати.

— Прям срочно? – дергаю бровью.

— Да.

— Зачем?

— Надо!

— Давай попозже, а? – вздыхаю и ухожу. – Потерпи десять минут.

— Я через минуту описаюсь!

Замираю, сделав пару шагов. Ну, да, санузел у нее совмещённый.

— Хах! – возвращаюсь обратно. – Ну, иди на ручки, зассыха.

Лицо Елены Александровны вспыхивает красными пятнами.

— Вы – хамло, – выдыхает она обиженно.

— Хамло – не хамло, а на руках тебя целый день таскаю, – усмехаюсь, подхватывая ее на руки, заношу в ванную и ставлю возле унитаза, чуть склоняюсь к щеке. – Трусики помочь снять?

— Да ты!.. – женщина толкает меня в грудь, но я уже отстраняюсь, и она неловко балансирует на одной ноге, промахнувшись.

— Хамло, да, – хохочу, прикрывая за собой дверь, и ухожу на кухню.

Масло на сковороде уже дымит.

— Блин, – берусь за ручку, но тут же отпрыгиваю, потому что сковорода вспыхивает.

Выключаю плиту, хватаю железную крышку и накрываю пылающую сковородку. Открываю окно, чтобы проветрить.

— И всё-то не так с тобой идёт, Елена Александровна, – бурчу себе под нос. – Не как с нормальными бабами. И за что мне такое недоразумение на голову свалилось?

Небось, ещё и старая дева по итогу. Нецелованная, нетраханная, вот и вредная. Хотя, зачем тогда противозачаточные? С циклом беда? Да, блин, зачем мне вообще эта информация?

Закатываю глаза на свои мысли и достаю другую сковородку.

Ставлю масло на огонь, сразу вываливаю туда лук и тушёнку. В кастрюлю с закипевшей водой засыпаю макароны.

Ставлю чайник, потому что я уже настолько голодный, что сил нет терпеть – готов слона сожрать. Отрезаю кусок сыра и запихиваю в рот. Достаю две чашки для кофе, насыпаю в них растворимый кофейный порошок и сахар. Не знаю, добавляет ли зассыха себе сахар, но будет пить сладкий, для работы мозга иногда полезно.

Кстати, что-то она притихла.

Помешав макароны и уменьшив огонь под сковородой, выглядываю в коридор. Света в ванной нет. Подхожу к комнате и заглядываю в нее. Елена Александровна уже лежит на кровати и читает книгу.

— Так, фурия. – вздыхаю. – Я не понимаю, я на каком-то другом языке разговариваю?

— Я на одной ноге допрыгала.

— Ага, ну хорошо. Прыгай тогда на кухню, кормить тебя буду. Как раз приготовится. У тебя винишка нет? Под романтический ужин было бы неплохо.

— Романтический ужин? С вами? – усмехается вредина, вздернув бровью.

— Вот это ты сейчас мне вызов решила бросить? – скрещиваю руки на груди. – Допрыгаешься. Ешь иди.

Возвращаюсь на кухню и, слив макароны, закидываю их в сковороду. Сверху тру немного сыра, перемешиваю с мясом и луком, после накрываю крышкой. Мою сразу посуду, потому что терпеть не могу потом отмывать засохшее. Раскладываю по тарелкам наш скромный ужин и наливаю кипяток в чашки. Добавляю молоко.

— Ведьма, ты где? – кричу и оборачиваюсь на вход ровно в тот момент, когда из-за угла выпрыгивает Елена Александровна. – А. Метлу не нашла?

Она замирает, а потом разворачивается обратно.

— Ой, ну ладно тебе, прям обиделась сразу, – догоняю ее и подхватываю на руки. – Я ж любя.