Книга Как приручить полковника, страница 77 – Аня Истомина

Забив на кофе, крадусь к комнате дочери, но, проходя мимо дверей в свою, тут же оказываюсь под вниманием сына Николая.

— Таня, смотри! — зовёт он меня, и я заворачиваю к нему.

Наблюдаю, как Тимон сидит на кровати, а рядом с ним лежит мой рыжий кот.

— Ого! — улыбаюсь и сажусь с другой стороны. — Ты понравился Рыжику. Он у нас самый прожорливый. Видимо, решил с тобой дружить, потому что ты его накормил.

Пытаюсь прислушиваться к тому, что творится в соседней комнате, но, конечно же, ничего не слышу.

— А ещё он мурлыкает, — улыбается Тимон и чешет Рыжика по шее.

Тот и рад стараться: развалившись на спине, жмурится от удовольствия и тарахтит, как трактор.

— У Иры нет котов? — облокачиваюсь на руку, устраиваюсь поудобнее и тоже начинаю чесать Рыжика, стараясь отвлечься.

— Нет. Братья часто ездят на соревнования, и Ира ездит с ними. Папа часто задерживается, и котов будет некому кормить.

— А ты с Ирой ездишь на соревнования?

— Бывает, — вздыхает Тимон. — А иногда остаюсь с папой на работе.

— А где же ты спишь у папы на работе? — хмурюсь.

— В «отдыхайке», — пожимает парень плечами так, будто всем детям известно, что это за комната.

— Понятно, — вздыхаю. — Тебе нравится у папы на работе?

— Скучновато, — снова пожимает Тимон плечами. — Но зато там можно разобрать и собрать пистолет.

— Отличная игра, — хмыкаю. — А помимо пистолета чем еще занимаешься?

— Мультики смотрю и рисую.

Подтягиваю к голове подушку и ложусь поудобнее, тяну руку к Тимону. Он быстренько перебирается ко мне и с удовольствием укладывается на неё.

— А чего тебе очень-очень хочется? — смотрю в потолок.

— Я хочу, как папа, играть в хоккей, — отвечает Тимон. — Но меня пока не берут, потому что я маленький. Сказали приходить через год.

— Ты, поди, и на коньках умеешь кататься? — улыбаюсь.

— Да, меня папа научил. А ты?

— И я умею. — смотрю на него. — Надо как-нибудь всем вместе сходить на каток, да?

— Ага. Если папа на выходных работать не будет. Он часто дежурит по выходным.

Замолкаю.

В этот раз в его дежурстве виновата я. И мне очень неловко из-за того, что я отняла у Тимофея время общения с и так занятым отцом. С другой стороны, надеюсь, теперь у нас в принципе будет больше возможностей проводить время вместе. Осталось дело за малым — привыкнуть друг к другу. А там, как-нибудь, и папу научимся выуживать на выходных с его любимой работы.

Слышу, как дверь комнаты дочери открывается. К нам заходит Николай и, усмехнувшись, направляется к кровати, ложится с другой стороны от Тимона. Мальчишка тут же перебирается к нему.

— Пап, а мы с Таней на выходных сходим на каток?

— Таня в таком состоянии — ещё на каток не хватало сходить, — бурчит полковник и зевает. — Я же говорил, что Таня болеет.

— Так я выздоровею до выходных, — улыбаюсь ему.

— Посмотрим, — ничего не обещает нам Николай.

Я пристально смотрю на него, потому что мне не терпится узнать, о чём он говорил с моей дочерью и чем всё закончилось. Но я не спешу спрашивать, чтобы не нарушать такие приятные мгновения.

То, что мы валяемся сейчас вместе на кровати с его сыном, вызывает у меня очень тёплые чувства. Так уютно и по-семейному… я уже давно себя не чувствовала.

— Так, ладно, — снова зевает Николай и внезапно садится. — Нам пора домой. А то завтра рано вставать. Спать хочу.