Книга Как приручить соседа, страница 68 – Аня Истомина

Тянусь к платью, что скомкано в углу кровати, достаю телефон. Надо спросить у девчонок, как они добрались. Разблокирую экран и первое, что вижу, – сообщение от бывшего мужа.

“Хочешь завтра поговорить со Стешей, жду фото в платье и колье.”

Просыпаюсь от громкого стука в стену.

— Настя, – слышу голос Степана и подскакиваю на кровати, – не проспи на работу! У тебя начальник – тиран!

— Доброе утро, Степан! – сердито кричу, глядя на стену. – Вы умеете взбодрить!

Усмехаюсь. Со стороны посмотришь – сумасшедшая тетка, разговаривающая со стенкой.

Поднимаюсь с кровати и чувствую лёгкость во всём теле. Ощущение что у меня несколько камней с плеч свалилось и мне снова двадцать. Не знаю, что повлияло на моё самочувствие больше: секс с горячим мужчиной или то, что я вчера прямым текстом послала бывшего в жопу, но сейчас мне кажется, что я готова свернуть горы!

Забираюсь в душ и краснею от воспоминаний. Слишком страстно, слишком дико и горячо здесь было вчера.

Включив музыку на телефоне и напевая популярную песню, я быстро привожу себя в порядок. Укладка и макияж занимают совсем немного времени, но получаются чуть ярче, чем обычно. На душе ощущение праздника и весны, хотя впереди еще Новый год и два месяца зимней стужи.

А мне хочется выглядеть в глазах Степана не жалкой Настенькой из сказки, а женщиной, за которой хочется ухаживать и носить на руках.

Я не знаю, насколько у нас всё серьёзно. Возможно, это разовая акция для одиноких соседок или просто спортивный интерес в победе над строптивой стервой, которая то и дело пила ему кровь. Но мне очень не хочется спускаться с небес на землю так быстро. Побуду еще в волшебстве немножко.

В гардеробе выбираю своё любимое чёрное облегающее платье из трикотажа, вешаю на шею длинную тонкую цепочку, кручу́сь перед зеркалом и... нравлюсь себе. Глаза блестят, на щеках румянец, на губах – загадочная улыбка.

Выпиваю кофе, вспоминая, что Степан вообще-то обещал зайти с утра, но почему-то не зашёл. Я не собственница, нет, но маленький червячок ревности и неуверенности в себе всё же шепчет: мужчины часто исчезают, получив желаемое.

Пытаюсь унять беспокойство, представляя, что у Степана могли быть дела. Спортзал, например? Да и утренний чай, возможно, не так легко вписать в график человека, у которого в подчинении несколько тысяч сотрудников.

Собираюсь на работу и выхожу из дома чуть раньше обычного — не могу усидеть на месте. Всё внутри дрожит в предвкушении чего-то нового. Степан говорил, что мне отдадут трудовую. Вчера я даже не сомневалась в этом, а сегодня волнуюсь.

В офисе уже собираются люди. Захожу в наш кабинет, и первое, что вижу, — трудовая книжка на столе. Со вздохом убираю её в сумку и начинаю собирать вещи. Все же это большие и очень неожиданные перемены в моей жизни.

Моя работа сделана, остались лишь мелочи в отчётах, с которыми начальник справится сам. А если и не справится, может, начнёт ценить сотрудников больше и входить в их положение, когда у них проблемы. Хотя, возможно, он быстро найдёт какую-нибудь другую дуру на моё место. В любом случае, это уже не мои проблемы.

Дожидаюсь девчонок, и мы пьём чай. Леопольда сегодня нет, поэтому не стесняясь обсуждаем вчерашних мужиков и весь вечер.

— Юлька дома осталась, нога у нее все же распухла, — Таня усмехается. — Ты не поверишь, этот кавказец, который всё на неё пялился, оказался таким общительным! Всех нас развёз по домам, а Юльку — последней. Я её пытала по телефону, но она молчит как партизан, не признаётся, что было!