Книга Мой дикий сводный, страница 91 – Аня Истомина

Так как последняя фраза относится уже к Мирону, то мы встаём и идём к нему.

— Да мы вообще тебе не звонили, чтобы не отвлекать, — хмурится он. — Посидели бы до утра.

— Зато друг твой позвонил, предупредил. Я из-за тебя из-за новогоднего стола сорвался.

— Это из-за меня, — виновато смотрю на него.

Отчим переводит на меня удивлённый взгляд, пристально смотрит в глаза, а затем со вздохом обреченно машет на нас рукой и кивает на выход.

— Два сапога пара.

Уже в машине он спрашивает, что случилось, и мы честно рассказываем ему всё, начиная с деревни.

— Завтра Чернов пришлёт свою дочурку извиниться, — кивает Рэм Алиевич, выслушав нас.

— А можно только без этого? — хмурится Мирон, а я согласно киваю. — Нахрен нам эти извинения не нужны. Лучше поспим подольше.

— Тогда придётся забетонировать ее и пустить в свободное плавание, — задумчиво вздыхает отчим и, с удовольствием поймав на себе наши ошалелые взгляды, подмигивает с улыбкой. — Да шучу я.

Так как времени в обрез, едем сразу к родителям. Забегаем домой без десяти минут полночь. Успеваем только скинуть куртки и помыть руки, как слышится речь президента.

Быстро разместившись за столом всей семьёй, слушаем пожелания. А после, под бой курантов, разливаем шампанское и загадываем желания.

А потом с криками "Ура!" начинаем поздравлять друг друга с наступившим новым годом, едим салаты и смотрим праздничную программу в кругу самых близких и родных людей. А потом мы идем с лучшим мужчиной на свете и младшей сестрой пускать салюты.

И я никому не расскажу, что загадала, потому что мои желания слишком детские и наивные. Просто новый год — это тот праздник, когда даже реалисты до мозга костей искренне верят в чудеса.

Конец апреля порадовал нас хорошей погодой. Снег уже совсем сошёл, а температура воздуха позволяла ходить в футболках и кофтах.

Для свадьбы мы сняли большой светлый особняк в центре Москвы с видом на реку. Роспись будет тут же.

Я поправляю галстук перед зеркалом и ловлю себя на мысли, что у меня дрожат руки. Не ожидал, что буду трястись перед собственной свадьбой.

Мы с невестой готовимся к началу церемонии в разных комнатах. Со мной друзья и отец, с Забавой — женская часть гостей.

— Криво завязал, кажется. — хмурюсь, глядя на отражение.

— Да нормально всё, — усмехается отец, поправляет мне галстук и пристально смотрит в глаза. — Можешь вообще его снять. Твоя свадьба.

Вздыхаю, снова смотрю на себя в зеркало. На самом деле плевать на галстук. Я просто не знаю, как скоротать время до встречи с Забавой. Я её не видел со вчерашнего вечера и уже очень соскучился.

— Невеста готова, — слышится из-за двери голос Златы, и я ещё раз поправляю галстук, собираюсь с духом и выхожу из комнаты.

Распахиваю соседнюю дверь и замираю на пороге, потому что не могу оторвать глаз от Забавы. Она стоит в центре комнаты и взволнованно сжимает в руках букет нарциссов.

Вся будто светится изнутри. Такая красивая и неземная в своём пышном белом платье, что у меня даже перехватывает дыхание. Я долго не мог заснуть ночью, представляя себе, как она будет выглядеть, но даже и близко не предполагал, что настолько сногсшибательно.

— Мирон, ты не передумал? А то давай я тебя подменю, — раздаётся сзади голос друга, а я показываю ему фигу и под дружный смех шагаю к своей невесте.