Книга Всё равно люблю, страница 40 – Лика П.

— Как Вам?

— Запаковывай и симку вставь, – вывел меня из лёгкого раздумья Максим.

Выйдя из магазина и подойдя к своему автомобилю, отдал короткий приказ ожидавшему водителю:

— Домой, Вить.

Сел в салон, устроив небольшой пакет с покупкой неподалёку от себя. Помощник, что сидел на противоположном диване обратил своё внимание на предмет возле меня. Проследив за его взглядом, на всякий случай сказал:

— Ты хочешь, что-то спросить?

— Нет, даже не думал.

— Хорошо.

Есен вовсе не дурак, но и не позволяет себе задавать ненужных вопросов, он мне всё больше нравится.

Въехав во двор, как всегда, меня встречал Яр. Кружил в ожидании, когда я выйду из машины.

— Привет-привет, проказник, – потрепал добермана по холке. – Добрый вечер, Алексей Степанович, – поздоровался с пожилым мужчиной, державшимся в стороне.

— Добрый вечер, Хасан Алиханович.

— Как наш парень себя вёл? – спросил я.

— Хулиганил, повадился бегать к Катюше за колбасой.

— Ах ты ж, «колбасоед», – виновато заскулив, Яр отвёл в сторону взгляд, вытащив свой большой язык наружу. – А в остальном как дела?

— Если Вы о Катюше, то девочка приходит и почти весь день проводит с нами. Я вот соорудил, что смог, но думаю, по-хорошему, ей бы приобрести лук, раз тяга у девочки есть.

Старик прав, надо бы купить уже, а не в «очумелые ручки» играть.

— Сегодня кормила меня заморскими бутербродами, – нахмурил взгляд, что-то мне в его словах не понравилось, хотя ничего такого вроде бы, но мне всё равно не понравилось.

— Что ещё за бутерброды?

— Да шут его знает, но вкусные очень и чай сделала из листьев смородины и где только нашла, у Вас вроде смородины нет.

— Поумерь пыл, старик, а то весь раскраснелся, – притормозил я на удивление разговорившегося Алексея Степановича. Обычно более двух слов не вытянуть, а тут не остановить.

— Да Вы что, Хасан Алиханович, я же по-отечески, – разводя мозолистыми руками, ответил сконфуженно.

— Ладно, Степаныч, иди отдыхай, – повернувшись пошёл в дом, Яр плёлся рядом.

Поднимаясь по лестнице, думал: «Не стоило так со стариком».

— Добрый вечер, – я остановился в пол-оборота.

— А, это ты. Трудишься внеурочно? – обратился к Агате, в который раз сожалея, что не уволил. Люди не меняются, жизнь не раз мне это доказывала.

— Я всегда к Вашим услугам, в любое время дня, – сказала она, глядя мне в глаза, её взгляд опустился к руке, в которой я держал пакетик с гаджетом, а в следующую секунду вернула его обратно.

— Любопытствуешь, что у меня в пакете? – с прищуром поинтересовался у неё.

— Нет, что Вы, какое моё дело.

— Вот и думаю, какое? Осторожней, Агата, будет жаль расставаться с тобой, – предостерёг её, и продолжил подниматься по лестнице.

— Доброй ночи, Хасан Алиханович! – не сказала, а пропела экономка, прежде чем я скрылся за дверями своих комнат.

Женщина смотрела наверх, где за дверью скрылся Хасан. Её пробрал некий мандраж от того, что сказал хозяин, Агата не глупая и понимала: Хасан второго шанса не предоставит. Девчонка по какой-то причине не бежит жаловаться, когда экономку заносит, и ей только на руку.

«Будет жаль расставаться с тобой», – эти слова грели ей душу: «она ценный работник и он это только что подтвердил!» – размышляла Агата. Расправив плечи, отправилась в свою комнату, готовиться ко сну.