Книга Падший ангел, страница 49 – Миранда Эдвардс

— Я так не могу, – я отключаю звонок.

Достав обойму, понимаю, что все делаю правильно. Пистолет полностью заряжен, и у него есть глушитель. Сняв его с предохранителя, делаю глубокий вдох и, нагнувшись, выбираюсь из автомобиля. Я не могу войти через главные двери. Как только я подойду, они распахнутся автоматически, и никаких шансов остаться незамеченной у меня не будет. Почти на корточках огибаю магазин, направляясь к заднему выходу, останавливаюсь на углу. Двери распахнуты, и из них выходит мужчина, подхватив за подмышки человека с пулей во лбу. Скорее всего, это настоящий продавец. К горлу тут же подступает тошнота с примесью страха. Убийца тащит продавца и кидает его лицом на асфальт с каменными эмоциями, словно он бросил фантик, а не труп. Он не видит меня, и мои инстинкты срабатывают быстрее, чем мозг. Не успеваю понять, в какой момент я делаю выпад, прицеливаюсь и выстреливаю в него. Отдача болью проносится по рукам, но я не издаю ни звука. Пуля вылетает с легким щелчком и попадает ровно в висок незнакомца. Он массивный и упал бы громче, чем я могу позволить, но сегодня удача на моей стороне. По дороге проезжает грузовая машина, и скрип ее колес заглушает глухое падение тела.

Я убила снова, но хватка на пистолете остается железной. Я поплачу об отнятой жизни, потом, когда Гидеон будет в безопасности.

Бесшумно подкрадываюсь к двери, обойдя два мертвых тела, и захожу в магазин. Мозг кричит, чтобы я уносила ноги отсюда, но порыв, заставивший меня приехать к Нику, вновь завладел моим телом. Согнувшись, иду по темному коридору и оказываюсь у прилавка. Голоса и звуки драки сразу же бьют в уши. Никто не замечает меня, хотя сердце бьется так, что его должны услышать все. Холодный металл пистолета – единственное, что не дает мне потерять чувство реальности.

Прижимаюсь к прилавку и сквозь маленькую щель вижу весь магазин. Вот и Гидеон. Он, распластавшись на полу, прижимает руку к правому боку, пытаясь остановить кровотечение. На лбу виднеется большое рассечение, один глаз заплыл, а левая кисть накренилась под неестественным углом и опухла. Пока я медлила, его успели хорошенько потрепать. Над Гидом стоят еще двое мужчин, о чем-то переговариваясь. Возможно, они были в ту ночь, когда умерла мама, но там было столько людей, что я не запомнила всех лиц. Плевать, они все заслуживают смерти. У обоих в руках оружие, и каким бы яростным ни был взгляд Гидеона, он не сможет с ними справиться. Не с такими травмами точно.

Я жду. Не уверена, чего именно, пока один из мужчин не отпускает Гидеона с прицела, поворачивается ко мне спиной и направляется к выходу. Наверное, он собирается пойти за мной. Пальцы готовятся нажать на курок, но пока рано. Второй мужчина тоже отворачивается от Гида и говорит:

— Сука должна быть живой. Мертвая она бесполезна, но потрепать ее можно. Посмотрим, стоит ли ее киска грызни между этими гнидами.

Гидеон рычит на них. Он слаб и ранен, но он словно забывает об этом и, приподнявшись, ледяным тоном обещает:

— Тронете ее – я спущу с вас шкуры.

Опешив, я удивленно смотрю на него. Наша поездка что-то изменила в его отношении ко мне. Ожидать от него защиту – последнее, что могло случиться в мире, но вот мы здесь.

Мужчины гогочут. Тот, что стоит у ног Гидеона, наступает на его сломанную руку, заставив Кинга взвыть от боли.