Книга Падение.live, страница 142 – Ирина Логарт

Все это время.

Не сказать, что я стеснительная, но этот поворот мне не по душе. И… Как он здесь оказался?

Вместе с тем, как мозг медленно и очень болезненно включался в работу, у меня начали неприятно дрожать все внутренности. И внешности — пальцы, колени и даже зубы тоже затряслись мелкой дрожью. Похоже на жесткое отравление, или же у меня прогрессирует аллергия на этого мужчину.

— Ты не мог бы повременить с угрозами? Мне что-то плохо, — я пошатнулась, но не упала, ухватившись за край раковины. — Очень плохо.

Меня снова повело, но в этот раз основательнее — пальцы просто соскользнули с холодного, мокрого фаянса.

Я мысленно приготовилась встретить виском пол, но его руки успели меня подхватить.

Так и не сказав ни единого слова, он поднял меня и отнес обратно на кровать. Уложив на постель, сел рядом, смерив долгим, странным взглядом.

— Ты ничего не принимала?

Мои глаза распахнулись быстрее, чем я успела прочувствовать каждой воспаленной нервной клеткой этот вопрос. Из всех слов, которые вспышками возникли в голове, я выбрала одно, самое короткое:

— Уйди.

К сожалению — это все, на что хватило моих сил.

— Это не ответ.

Ах, “не ответ”…

Я медленно выдохнула, сжала зубы — на случай, если меня стошнит прямо сейчас от последующего маневра, затем резко села и с размаха влепила ему пощечину.

Произведенным эффектом, к сожалению, насладиться уже не успела: я потеряла сознание едва моя рука коснулась его кожи.

Еще сколько-то часов спустя.

Жуткая бредятина, которой воспаленный мозг меня пичкал хрен знает сколько времени, но точно очень долго, наконец отпустила. Медленно, очень осторожно я разлепила тяжелые веки, щурясь от яркого света. В голове царил болезненный хаос из обрывков разных воспоминаний, слов, лиц. Я не была уверена вообще ни в чем. Даже в том, где я нахожусь. И, с учетом самых неприятных флешбэков, лучше бы мне оказаться у него в квартире.

Но, судя по тому, что мой взгляд сразу упал на ярко-желтое кресло, в котором сидела до боли знакомая фигура и до боли знакомым взглядом на меня смотрела — я в своей квартире, а не в его. И это значит, что все приключения, которые хотелось считать просто кошмаром и стереть из памяти наждачкой, не плод моего воспаленного воображения.

Доброе утро, блять.

С тихим стоном я закрыла глаза обратно.

Прислушалась к ощущениям.

Черт, кажется, я умираю.

— Проснулась.

Странная интонация. И не вопрос, и не утверждение.

Я сделала еще один медленный вдох и снова открыла глаза, глянув на него.

Он поднялся и подошел ко мне. Протянул руку к моему лбу и убрал с него какую-то мокрую тряпку, о наличии которой я даже не подозревала до этого момента. Затем легко коснулся кожи тыльной стороной ладони.

В эту секунду в моей голове яркой вспышкой возникло еще одно воспоминание.

Черт, я залепила ему пощечину… Только, хоть убейте, но не помню — за что. Хотя… Будто для этого нужен особый повод?..

— Пить хочешь?

Я покосилась на него теперь уже с неподдельным удивлением. И основательной долей скептицизма.

Он ожидаемо проигнорировал и то, и другое, подхватил меня под спину и подтянул наверх, подоткнув под спину подушки. Спасибо, что не резко.

Сделав несколько глотков предложенной воды, я почувствовала, как организм оживает, хотя желудок все еще мучительно бился в конвульсиях.